Иногда самый страшный критик — ты сам.
Несколько месяцев назад Театра Миронова предложил мне сделать короткометражный фильм по «Самоубийце» Николая Эрдмана для лаборатории.
Честно говоря, уже тогда я понимал, что ввязываюсь в очень странную историю. Театр Миронова театр с очень сильной классической школой. Его основной зритель люди старше сорока, а чаще и пятидесяти лет. И вот я прихожу туда с идеей полностью нейросетевого фильма.
Более того, сама идея родилась случайно.
Когда я защищал концепцию, вместо привычной презентации показал трейлер своего спектакля по Эрдману. Комиссии настолько понравился этот визуальный язык, что мне предложили развить его уже как самостоятельный фильм. И началась работа.
Изначально это должен был быть гибридный проект: Живые актёры, Записанные голоса, съемки. ИИ как художественный инструмент.
Но жизнь внесла свои коррективы. Моя жена попала в больницу, сроки начали сжиматься, параллельно нужно было выпускать ещё один спектакль, и в какой-то момент стало понятно: либо я откладываю проект, либо делаю его один. Я выбрал второе.
Собрать команду на практически бесплатный эксперимент оказалось почти невозможно. После нескольких попыток я понял простую вещь:
если не можешь собрать команду иногда лучше просто начать делать самому.
Когда фильм был готов, жена посмотрела его вечером и сказала:
Какое-то сумасшествие.
Утром пересмотрела ещё раз и сказала:
Странно…
Я был абсолютно уверен, что сейчас покажу фильм комиссии и меня просто разнесут. Что скажут: «Это не театр.», «Это не кино.», «Это вообще что такое?»
После просмотра одна за другой начали звучать совершенно неожиданные вещи.
Говорили, что это очень необычное прочтение Эрдмана.
Что фильм смотрится на одном дыхании.
Что удалось сохранить главное.
А одна народная артистка подошла ко мне после показа и сказала фразу, которую я, наверное, запомню надолго:
«Когда герой плакал, я поймала себя на том, что плачу вместе с ним. Хотя прекрасно понимаю, что это нарисованное лицо.»
И вот это стало для меня самым важным результатом, то что эмоция всё-таки дошла до человека.
Конечно, были и другие мнения.
Один режиссёр сказал, что фильм слишком актуален и именно поэтому ему не близок.
Другой признался, что ему, как актёру, не хватило возможности увидеть работу живых исполнителей. Это он имел ввиду себя.
Сейчас готовим договор на создание серия подобных короткометражных фильмов для театра.
И, если честно, ещё пару дней назад я был уверен, что этот проект закончится полным провалом.
Наверное, это главный урок последних месяцев.
Очень часто мы проигрываем у себя в голове задолго до того, как что-то произошло в реальности.
А реальность оказывается гораздо добрее. И именно поэтому стоит иногда всё-таки показать свою работу миру, даже когда кажется, что она обречена. ❤️