Город обычных домов. Без людей. Город без крыш, где никто не любуется небом. Тишь. Лишь в подвале церковная мышь Давится впрок зачерствелыми крохами хлеба.
Город обычных дорог. Без машин. Без мужчин и без женщин, которые их провожали. Город, который однажды немного не смог. Кто-то погрыз нерушимые прежде скрижали.
Улицы чьих-то имëн сплошь лишëнные лиц. Де-юре - в наличии, но нелюдимы де-факто. Рук не хватило сдержать ни одну из синиц. Аистов тоже. Дороже. Они - по контракту.
Город погасших витрин и забытых вещей. Город, где дом перестал носить звание "крепость". Мыши. Остались. Их некому выгнать взашей. А тонущий город покинули лю́ди. Нелепость.