Если мы посмотрим на историю европейской политики и дипломатии, то заметим, что очень часто в ней работала схема «дружить против того, кто меду вами». Союзы России с Францией почти всегда существовали против Германии (обе мировые войны), с Англией — против Франции (1812) и против Германии (снова обе мировые войны). С Германией же мы традиционно делили Польшу, дружить, впрочем, получалось похуже.

К слову, о птичках — то есть о Польше. Вот в этом контексте гигантское упущение нашей дипломатии — отсутствие серьезных попыток привлечь Польшу на свою сторону. А ведь у нас есть с поляками общая черта, крайне важная в рамках нынешнего конфликта: отчетливая нелюбовь к украинскому национализму. Причем у поляков она возможно даже посильнее будет. Ну и еще это бы возможно внесло проблемы в политику Евросоюза — консервативной Польше некоторые закидоны Брюсселя не шибко по душе, и на этом поле мы бы тоже могли бы выстроить как минимум неплохие отношения.

Но к сожалению, для таких ходов нужно самим быть консервативной державой — быть, а не казаться. Ну и ресоветизация России, которую мы сейчас активно наблюдаем, тоже мешает: в Восточной Европе вообще в целом коммунистов не шибко жалуют. И с Катынским расстрелом тоже, конечно, что-то надо порешать.

И всё-таки согласитесь, насколько это был бы уникальный исторический момент: Польша не в роли «делимого», а в роли «делителя».