В моей библиотеке есть книга, которая пережила все переезды и расхламления с 1998 года, это «Ваш сосед — миллионер» Томаса Стэнли и Уильяма Данко.
⠀
Там итоги исследования миллионеров и чем их образ мышления отличается от остальных людей.
⠀
Я узнала, что люди, приложившие усилия, чтобы стать миллионерами, обычно не меняют своего образа жизни: ездят на старой машине, живут в доме, который для них достаточен, продолжают работать. Большинство семей американских миллионеров на тот момент выходцы из Российской империи.
⠀
А еще я узнала о «проклятии третьего поколения»: первое поколение зарабатывает, второе сохраняет, третье тратит.
⠀
С тех пор где-то фоном у меня висит вопрос: что делают особенного и не делают того, что делают все, те семьи, которые сумели сохранить свой капитал дольше третьего поколения?
⠀
Было очевидно, что на территории бывшего СССР, где с собственностью боролись, искать ответ не получится. А за рубежом у меня к таким семьям доступа нет, и наверняка их фамилии в Forbes не печатают и папарацци за ними не следят. Так что вопрос привычно болтался все эти годы где-то в моем фоновом представлении об устройстве мира.
⠀
Я на днях взялась обсуждать его с чатом ГПТ, и чат порекомендовал мне несколько специалистов, которые занимаются этим вопросом, в частности Джеймс Хьюз — консультант семей миллионеров по управлению трастовыми фондами.
⠀
Я поискала и нашла книгу Хьюза по теме на русском языке. С первых страниц он поменял мою оптику. Он рассказал, что спустя годы работы увидел, как меняются поколения управляющих трастовым фондом, и новый управляющий разбазаривает капитал семьи. Значит, есть что-то, что важнее финансового капитала.
⠀
Он стал искать и понял, что смотреть надо не столько на финансовый капитал, сколько на то, как семья регулярно его восстанавливает, даже потеряв, и пришел к выводу, что на первом месте человеческий капитал семьи, на втором — интеллектуальный, а уже на третьем — финансовый…
⠀
Человеческий: каждый в семье ценен и старшее поколение должно сосредоточиться на выстраивании связей у младших между родными братьями и сестрами, двоюродными и троюродными как минимум, чем шире — тем лучше. Это даст семье устойчивость.
⠀
Поэтому минимум раз в год общий съезд (и тут я вспоминаю, что в традиции родины, свадьбы и похороны в первую очередь повод собраться и увидеть, какие мы сейчас, сколько нас).
⠀
Интеллектуальный капитал — образование каждого в той сфере, где он может раскрыться лучше всего. Никогда не знаешь, как изменится мир и кто там окажется востребованным на следующем историческом этапе.
⠀
И уже на третьем месте финансовый капитал.
⠀
В общем, всё уперлось в адаптивность семейной системы. А это же мой конек!
⠀
Последние 20 лет я со всех сторон крутила вопрос: как проживать перемены так, чтобы выйти оттуда усилившись и с магнитиком, а уже отсюда возрастные переходы, рождение — свадьба — похороны, траур...
⠀
Но если я смотрела раньше на адаптивность личную, то сейчас, кажется, мой взгляд расширяется, и мне интересна адаптивность семьи.
⠀
И что главное в расследовании? Правильно, не выйти случайно на себя.
⠀
Если под родовым капиталом понимать адаптивность семьи, умение её членов держать нос по ветру, ловить момент и использовать новые возможности, пока остальные пытаются удержать уходящий мир, то я — пример представительницы вот такой семьи.
⠀
Оказалось, каждое поколение по ветке дедушки умело максимально использовать обстоятельства, в которых оказалось, за исключением провала, где три женщины подряд были заняты беременностью и родами, а мужья этих женщин придерживались других ценностей.
⠀
И то, что я рискую поступать так, как никто рядом не делал, потому что так считаю нужным, и то, что я сейчас увлечена переделкой курсов с чатом ГПТ (окно возможностей открылось) — это проявление свойства, которое характерно для моих предков.
⠀
Так что у меня на руках есть родословная моей семьи, которую теперь можно изучать и даже связаться с другими ветками этого дерева и найти ответ на давно мучивший меня вопрос.