Если взглянуть непредвзятым взглядом на мир современных международных отношений с позиций человеческой истории последних двух-трёх веков, бросается в глаза, как мало желающих менять мир.

История человечества полна подобных людей, стран и идеологий. Завоеватели, пророки, изгои сплошной чередой являлись в мир, стремясь его изменить — в свою корыстную пользу или для подтверждения своих психопатических воззрений.

И вдруг всё... Ничего подобного больше нет. Никто даже не хочет менять границы государств или заставить людей поверить в новую идею. На современном языке «изменить мир» значит придумать новое приложение для вызова такси или новый дейтинг-сервис (*dating app*).

Мировой порядок рассыпается на глазах, но — вопреки исторической человеческой логике — никто из потенциальных новых бенефициаров не только не хочет добить старых хозяев мира и разрушить их устои, но, напротив, часто прилагает большие усилия для их сохранения. Порой бо‌льшие, чем сами прежние владельцы.

Только появится новость, что какой-нибудь БРИКС может ввести новую валюту, чтобы самому извлекать *exorbitant privilege* резервной валюты, как тут же все бриксовцы наперебой начинают отрицать эти намерения и клясться в верности доллару, который служит в первую очередь не им.

И это касается абсолютно всего.

С позиций человеческой истории это кажется поразительным. Однако, представляется, что этому есть объяснение.

Всё становится на свои места, если воспринять историю сапиенсов не как вечный линейный рост, а как математическую гиперболу (см. А. В. Коротаева). В этой модели крайне низкий рост сменяется кратковременным взрывным ростом, который довольно скоро переходит либо в стагнацию, либо в спад.

В терминах гумилёвской концепции этногенеза (которую в данном случае можно расширить на всё человечество и назвать, к примеру, сапиенсогенезом) этот период быстрого роста есть не что иное, как пассионарный взрыв.

Так вот, сейчас мы находимся на излёте такого пассионарного взрыва для всего мира сапиенсов.

Отсюда и заканчивающийся повсеместно демографический рост, и перспективы завершения научной революции (под треск разговоров о колонизации Марса) и много чего ещё.

Но отсюда же следуют не только печальные последствия, но и, например, прогноз того, что ядерной войны действительно скорее всего не будет. Ибо «чтоб чужую бабу скрасть, надо пыл иметь и страсть, а твоя сейчас забота — на кладбище не попасть».

Чтобы всерьёз физически поставить на кон всё (включая собственную судьбу), нужен мощный драйв пассионарности, которой у человеков, похоже, больше нет (и с каждым десятилетием будет становиться всё меньше).

Так что, скорее всего, катастроф наш род (или лучше сказать вид) не ждёт. Просто после великого взрыва сверхновой (*supernova*) 19-20 веков, будем ещё, как красный карлик, какое-то время тлеть.

Если конечно, в мире не появится новых задорный психопат, который большой кровью (иначе не бывет) вдохет жизни в наш помирающий вид.

Мышьяк И Старые Кружева