Детям давай имена В грозные времена, Связанные с водой, птицей или звездой: Пелагея, Умай, Глеб, Чтобы встав на край, Каждый ночью и днём Лёгким был на подъем. Чтобы вокруг голов Купол из тайных слов - Свет невечерних ламп Тонок был, но не слаб. С птицами у воды По любви и плоды, С песнями за столом Под надёжным крылом, Под фонарями звёзд, Бог с тобой, певчий дрозд! Бог с тобой, светлячок! Береги родничок! Проволочкой задень Этот господний день. Я беду отогнал, Чтобы пошёл сигнал.
Спят родимые… так по-детски сопят сыночки… Заварю им покуда боярышник в кипяточке. Буду каждому мать, о своем вспоминая сыне. И старинный прабабушкин заговор вспомню ныне.
Заговорю вас, сыночки на долгих четыре года. Пусть фашистам проклятым не будет отныне ходу. Будет смерть далеко от вас, а я близко-близко. Ни осколка не бойтесь, родные, ни василиска.
Господи-Троица! Любовь утроится! А тьма навеки От света скроется! Никита, Евстафий! В живых оставь их! На битву дай сил, Архангел Михаил!
Ты, сынок, повидаешь Варшаву и даже Прагу. Ты, родимый, получишь Знамя, Звезду, Отвагу. Ты над Волгой увидишь ад, но легко лишь ранят. Ну, а ты на дворце на ихнем напишешь «Ваня».
Пусть ударит мороз подмосковный по вражьим душам! Мы моторы их танков слезами детей заглушим! Их ковры-самолеты целуются пусть с утесом! Захлебнётся пускай косая своим покосом!
Вы уйдете, я к Николе поставлю фото, Супостата под Вязьмой навек прошибет икота. Ты уйдёте, я в больничку пойду к Матроне, И немецкая рота в Днепре по утру утонет.
Я, родные, не ведаю слов о любви высоких, Но я слышу, как где-то плачет журавль в осоке. Отольются проклятым врагам журавлёвы слёзки! Пусть невесты в Берлине на свадьбу им дарят доски.
Как лежала в поле одна дорога. Да летала душа над ней от порога. Не боялась остаться она без Света, Потому что по-русски была бессмертна.
Дождик, дождик! Тебя так соседи за чаем расхваливали. Ты сыграй мне сегодня случайно Сергея Рахманинова! Солнце руку в перчатку упрячет, черешню оплавивши, А я мокрой кукушкой замру, чтобы стать твоей клавишей. Ибо все мы - рояль: Это чёрное поле привычное, Эти снежные пальцы берёз с обручальными птичками, Это летнее небо, от радости давшее трещину, Магазин у дороги, в котором уставшая женщина Отпускает мне соль, ворожа деревянными счётами, И машины в брезенте с торчащими вбок пулемётами.
Уважаемый дымчатый кот! Пишет Вам обыкновенная мышь-полевка. Я, правда, один раз уже чуть не попала к Вам в рот… Поверьте, мне немного неловко...
Я не сомневаюсь Вашей кошачьей вальяжности. Вы, вероятно, это письмо и не прочитаете. Но дело, поверьте, особой степени важности И не совершенно терпит отлагательства, понимаете?
Мы все переживаем за Вас - от крысы до землеройки! А вы здесь спите на дырявом плюшевом крокодиле... Короче, пока вы загуляли на этой помойке, Ваши домашние уже все с ума посходили!
Они ходят по двору грустные как привидения! Кричат: "кис-кис" за вечер раз по пятьсот. На всех под'ездах уже неделю красуются об'явления: "Пропал красивый дымчатый кот!
Нашедшему гарантируем вознаграждение!" Это самая важная строчка...но дело не в том... Наше общее мышиное убеждение Состоит в том, что Вам стоит вернуться в дом.
Во-первых, там на столе часто - докторские сосиськи... Во-вторых, здесь помойка, а там трехкомнатная квартира... Вам ведь не трудно просто навестить своих близких? А мы за это получим головку сыра...
Понимаете, я так мечтаю о сырной пайке, Что скоро наверное в голодный обморок упаду... Девочка Катя, пятилетняя дочка хозяйки Мне лично сыр обещала купить, если я Вас найду.
У Кати итак поцарапано все колено. А тут еще Вас рядом нет, прям как назло. С уважением, полевая мышь Аграфена. Июнь. Я забыла какое число.
Должен сказать, что "Филатов Фест" постепенно превращается в Министерство молодой поэзии Российской Федерации. Молодёжных поэтических премий у нас немало, но, скажем, премия "Лицей" новых интересных авторов мне почти не приносит, слишком много порожняка. Поэтому мне нравится судить отборочные туры "Филатов Феста": это лучший способ познакомиться с теми, кто идёт за нами. Два сегодняшних тура, под номерами 3 и 4, дали богатый урожай. В третьем туре обратили на себя внимание Артём Василевский (Белгород), Маруся Иванова и Дарья Тишинá. В четвертом вообще был фейерверк талантов: ещё один белгородец Лев Харченко (автор слэмовый, зал был убит наповал), Янур Василиев (добил самых стойких), Ростислав Парцевский (пока чуть послабее, но тоже есть что послушать), Вадим Кулаков (интересный лирик из Орехово-Зуево) и только что вернувшаяся из новых регионов Яна Яжмина (пока не определилась с поэтикой, но перспектива есть). Множество молодых, умных, красивых лиц в зале. Будущее существует. Владу Маленко и его соратникам - спасибо за праздник.
Попробуйте быть, как дети! Раскройте шире глаза. Представьте, что жить на свете Без света в душе нельзя! Давайте мечтать о чуде, Ждать свои корабли! Ангелам машут люди С перекрёстков Земли… Любовь - это вечная тайна, На ветру ее флаг! Знайте, все не случайно, Жизнь устроена так.
