Электричка-сестричка, остановись на платформе «Палех». Я - колобок. Я лежу на шпалах. Ты ведь знаешь из какого я сделан теста? Мне так нужно, найти себе в мире место.
Я из снега, из крови, из бабушкиной молитвы! Слеплен, нагрет и выпущен Не для битвы. Я боюсь Всего, чего только бояться можно. А особенно клювов, колёс и подошв сапожных.
Электричка-сестричка! Ты мчишься с лицом апреля. В тебе люди дыханием всю пустоту согрели. Ну, чего тебе стоит ветрами подуть немного, Чтобы я покатился дальше своей дорогой?
Электричка-сестричка! Мне нужно совсем не много! Пусть на мне нарисуют кисточкой рай и Бога. Я полезен для мира, Самому лишь себе я вреден. Прикачусь в Детский дом на Пасху И буду съеден.
🚩Прислали китайские друзья. Большое им спасибо за такую оценку, высоту и работу для будущего поколения.
Ярмарка World Content Market, презентация аудиовизуального контента провинции Шаньси.
«В этом году мы отмечаем восьмидесятилетие со дня Победы во Второй Мировой войны. Это общая историческая память Китая и России. Сегодня мы имеем честь услышать стихи известного российского поэта Влада Маленко. В рамках этого грандиозного мероприятия культурного обмена между Китаем и Россией мы представим китайскую версию его поэтического произведения «Ржев», созданную при содействии «Центра коммерции и культуры “Великий чайный путь”», который осуществил перевод и аудиозапись произведения. Ее увидят миллиарды наших зрителей.»
☀️Наш огненный разговор с Марией Захаровой о поэтах на перекрёстках мироздания в проекте «По классике» скоро услышат миллионы. Слава Александру Пушкину! «Мы буквы, с нами текст”, как говаривали питерские творцы.
Не говори мне интернет, Скажи мне интер да. На океанской глубине Истёрлись провода. Стал женским зеркальцем айфон, Играет с неба Бах, И замедление времён Случилось на глазах. Любовь, как хлеб с руки возьми, Раскрой молитвослов. Так страшно быть опять людьми Без маленьких гробов. Так стыдно видеть благодать И вновь крошить мелки. Так страшно, страшно описать Всю нежность от руки. Здесь рубикон, водораздел, И математик Бах. Назначь мне встречу там везде, Где счастье на часах. Где мы почувствуем себя Травинками в степи. Как страшно смело жить любя Со смертью на цепи. 8.4.25
Для чего человек? Я спросил своего визави. Стопка книг до небес возвышалась в моей одиночке. И ответили мне, шелестя, все листы и листочки: Человек для любви. Человек навсегда для любви. Если так, где же сбой и какой в этом вареве толк? Может боги бессмертные мир создавали спросонок? Со страниц Достоевского спрыгнул вдруг на пол ребёнок И прижался ко мне, и заплакал, как маленький волк. Спохватились дожди и пошли, а ребёнок утих. Мы закрыли глаза и увидели, как перед нами Проплывают солдаты и трогают небо руками, Как смеются над ними тихони в перстнях золотых. И трещала земля, и весна выбивалась из сил, И в узорах змея выползала из райского сада; Мы увидели все, что, быть может, и видеть не надо Ни ребёнку в слезах, ни писателю в пятнах чернил. Этот сон вспоминался, как церковь, как спазм на крови, От него не осталось ни грязи, ни мысли проклятой, Я доподлинно знаю теперь, я скажу перед клятвой: Человек для любви. Навсегда человек для любви.
Не ходи на кладбище в апреле. Там ветра весну ещё не спели, И грачи не съели чёрный снег. Рядом в церкви шепчутся о Пасхе, И блаженный Вася ходит в каске, И младенец видит рай во сне. Только тюрьмы знают про свободу, В зеркало смотри теперь, как в воду, Вспоминая мамины глаза. Никогда завистники не сглазят, Тех, кто с улетевшими на связи, Зачеркнет их мысли стрекоза. Звёздочки да крестики в тумане; Пишет новый Лермонтов в Тамани О своём герое СВО. Солнце гладит зеркало по-женски, В нем солдат и автомат ижевский, Кроме жизни больше ничего.
Апрель, апрель - влюблённый волк, В лесу нашедший пачку Vouge… Зимой потерян хвост, теперь и нюх. Гуляй без страха, заяц! Пой, петух! Выть - это воздух втягивать в себя, Мифическую звездочку любя, Которая прожгла небес текстиль. Герой мой плачет, Господи прости! Ему б теперь ножом косуль кромсать, А он зачем-то стал стихи писать, Мечтая об ошейнике Луны…
Земля заблудилась, осталась одна. Как вытащить Солнце лебедкой со дна? Как склеить и смазать скрипящую ось, Чтоб время прекрасное вновь началось?
Идёт Справедливость, гремит костылём, Мы видим её и невольно встаём: ⁃ Скажи, Справедливость, как вылечить раны Земли, Чтоб наши хранители завтра от нас не ушли? Коснуться хотим обожженных твоих рукавов, Чтоб вечной весны причаститься от стрелки часов, Чтоб несколько слов позабытой молитвы прочесть: «Россия, по сути - Девятое мая и есть! Россия, по сути - 9 мая и есть!»
В музеях хранятся победные ткани знамён. Тату цифровое набито на кожу времён. Торговую сделку не женишь с победой в бою И, как не выкручивай, нет бизнес-класса в раю.
Скажи, Справедливость, к тебе обращаемся мы! Возмездием ты наградишь повелителей тьмы? Ведь, глядя на них, удивился бы сумрачный Босх! Скажи, Справедливость, ведь ты не искусственный мозг?
Всевышний молчит, и поэты кричат за него: «Все можно тебе, человек, И нельзя ничего! Но это черта, это мост, это наш рубикон. Так пусть же планете любовь позвонит в домофон!»
Мы - русская сказка, Мы в детской крови колобки, Нам нужно вторую победу вписать в дневники! Уйти от коварной лисы под Покров на Нерли, Где новые гнезда в июне совьют журавли. 30.3.25
Фиалки забрызганы тем, что рифмуют с любовью. Солдат неумело цветам разрешил к изголовью пробраться И множеством губ прикоснуться к лицу. Инструктор его не об этом учил на плацу. А сердце застыло во рту ледяным бубенцом. Большая Медведица плачет над павшим бойцом. Ну, что ты рыдаешь, Медведица, всем напоказ? Ведь плач этот мама солдата увидит сейчас! Увидит и скрюченной жизнью уткнётся в проём. Медведицей будет живой притворяться потом. Мычать и смотреть сквозь кресты далеко-далеко, Не зная, куда ей любви отдавать молоко. 28.3.25 Картина: Волигамси
В одном столичном популярном театре Пришел успех к заслуженной ондатре!
Она снялась в масштабном сериале Купила джип, и ей квартиру дали…
Естественно, как на голову снег Упал успех ондатры на коллег. И так всех мучит собственная гадость, А тут еще свербит чужая радость…
«Вот повезло бездарной водной крысе», – Шипели змейки, спрятавшись в кулисе «За что, скажите?!», - вторили в гримерке Две незамужних и нетрезвых норки…
Хомяк-любовник с трагиком-сурком Закушав «Вермут» плавленым сырком В костюмы добрых гномов нарядились, Но в сторону актрисы матерились… Хомяк кривился: «Крыса молодец – Поди, ночами ходит к ней песец…»
И даже выдра (лучшая подруга, И главного художника супруга, Имевшая выдренка от зав. труппой) Произнесла: «Свезло девице глупой».
Ондатре в суп подкладывали мыло, Ее гримерша тряпкою лупила, Бухгалтер театра, скаредный манул, Ее на двадцать «евро» обманул. Завлит-марал, все выговор марал И рассуждал про совесть и мораль, Еж-костюмер засунул в хвост иглу, Слон-режиссер чихвостил за игру Она сопротивлялась две недели, Но все равно актрису нашу съели…
Увы, заметил верно, реформатор:
«ТЕАТР НАЧИНАЕТСЯ С ОНДАТР, Висящих в виде шапок над крюком, Покуда зритель бродит с номерком».
