Упуская бабочку,
понимает Набоков,
что, по сути, осень -
это сборщик налогов.
И с девятым номером
на футболке,
как индейский костёр, отражаясь в Волге,
мяч чеканит сентябрь,
или чью-то тыкву.
Ты люби все сильнее,
Я не привыкну.
Кто умеет прощать,
избежит прощанья.
Не затворов щелчки,
а птенцов пищанье
обещали
нам тех берегов откосы.
В парикмахерской солнцу отстригли косы.
Каждый лист у ольхи -
золотая рыбка,
Удивляться и плакать
умеет скрипка,
вот и мы на мосту в невечернем свете
Все стоим, как две
цифры в осенней смете,
ублажая расческами
гладь речную.
Два ноля к нам
прибавятся скоро, чую!
Да под песни цыган
и хлопки просекко
разведут
нас по разным
своим отсекам.
Но пока мы стоим
и горим щеками,
будем осени этой
платить щенками!
Где над
Яузой мостик
дорогу сузил,
все вжиматься в чугун, заплетаясь в узел,
Целоваться
последними рукавами вспоминая,
как горлицы
ликовали.