В феврале 2026 г. в Неаполе разразился скандал: 2-летнему мальчику пересадили донорское сердце, поврежденное сухим льдом. Это в очередной раз демонстрирует системную проблему дефицита органов, которую врачи пытаются решить, пересаживая даже непригодные к использованию трансплантаты.

2-летний Доменико, страдавший дилатационной кардиомиопатией (растяжением полостей сердца, ведущим к сердечной недостаточности), должен был получить новый орган в декабре 2025 г. Донорское сердце было пригодным для трансплантации, но проблемы начались сразу после его извлечения: команда из Неаполя положила сердце в устаревший нестерильный контейнер (позже выяснилось, что в больнице было 3 современных, но врачи не знали об их существовании и не умели ими пользоваться) и не запросила стерильный водяной лед, которым охлаждают органы при перевозке. Вместо этого они где-то раздобыли сухой лед, температура которого значительно ниже, чем у водяного, и обложили сердце им.

К тому времени, как орган доставили в больницу Мональди, у команды уже было все готово: они извлекли сердце Доменико еще до того, как проверили донорское. Но когда оказалось, что оно вморожено в лед, операцию пришлось приостановить - врачи 3 часа пытались разморозить сердце холодной, теплой и горячей водой. Эти действия нарушали все протоколы, но врачи решили, что донорский орган слишком редкий, чтобы упускать возможность, и все же пересадили его. Когда через несколько дней сердце так и не забилось, его удалили. Спустя 2 месяца ребенок, подключенный к аппарату ЭКМО, умер, так и не дождавшись другого органа.

Подобных историй гораздо больше, чем можно предположить. Дефицит органов приводит к тому, что трансплантологи не всегда принимают меры предосторожности и не избавляются от них в сомнительных случаях. В Южной Корее женщине пересадили почку от донора, умершего в результате травмы: орган был синюшным и отечным с многочисленными кровоизлияниями, но трансплантацию все же провели - хотя безуспешно, почка так и не заработала. В еще одном итальянском случае врачи по ошибке решили, что реципиент болен гепатитом C, и пересадили орган от инфицированного им донора. В результате трансплантации пациент также заразился и вскоре умер, потому что орган не удалили вовремя. Позже эксперты заявили, что даже если бы реципиент действительно был болен гепатитом C, пересадка без лечения была противопоказана - дополнительная вирусная нагрузка при иммуносупрессии может привести к тяжелому заболеванию.

При этом существуют официальные эксперименты, в которых органы высокого риска пересаживают пациентам в контролируемых условиях. Например, в Johns Hopkins и некоторых других центрах реципиентам без гепатита C трансплантировали органы от страдающих им доноров. Те случаи отличались тем, что терапию гепатита начинали сразу после пересадки, и пациенты успешно выздоравливали. Тем не менее это ставит новый вопрос: если трансплантация высокорисковых органов станет рутинной, какие меры нужно предпринять, чтобы это не привело к росту числа пострадавших из-за ошибок/неправильного лечения?

В данный момент медицина расширяет перечень возможных доноров: пожилые люди, пациенты с определенными инфекциями, лица, перенесшие рак и находящиеся в ремиссии, и т.д. Они могут спасти много дополнительных жизней, но требуют скрупулезной оценки анамнеза, лечения, предварительного изучения изъятых органов и планов на случай, если что-то пойдет не так. В случае, если больницы быстрее привыкнут к высокорисковым органам, чем к их специфическим протоколам, можно получить эпидемию осложнений при трансплантации.

То же касается перевозки органов - случаи, когда они были изъяты в нормальном состоянии, но испорчены по дороге, нередки. Замороженные, потерянные в самолете или, как в случае, с которым столкнулся Университет Алабамы, доставленные в помятом контейнере со следами от шин (что примечательно, почку удалось спасти) - они регулярно оказываются непригодными из-за ошибок в обращении. Необходимы новые меры, которые устранят эти проблемы - и сократят дефицит органов даже без расширения списка доноров.