«Милорды, леди, товарищи по партии! Я — гольфист. Но я также консерватор, а консерваторы снова у власти — какое замечательное слово! Но с новой инициативой и, прежде всего, с новым стилем.

И нас главным образом волнуют два основных вопроса. Во-первых, иммиграция. Итак, люди действительно каждый раз неправильно понимают эту партию по этому вопросу, не так ли? Мы не думаем, что иммигранты — животные, ради бога. Я лично знаю многих иммигрантов, и они совершенно приятные люди. Они, конечно, чёрные, что жаль. Но, честно говоря, некоторые из них могут выполнять некоторые виды работы почти так же хорошо, как белые люди. И мы это признаём.

Теперь, например, многие иммигранты — индийцы и пакистанцы, а я люблю карри, но теперь, когда у нас есть рецепт, действительно ли им есть необходимость оставаться?

Консерваторы понимают эти проблемы, видите ли, так же как мы понимаем молодых преступников — ещё один весьма эмоционально окрашенный вопрос. Эта партия считает, что мы были просто немного слишком мягкими с этими ублюдками.

Мистер Уайт-Ллойд говорил о «коротком, резком шоковом воздействии», и введение электрического стула напряжением 24 000 вольт в двух центрах содержания Министерства внутренних дел начинается на следующей неделе — исключительно в экспериментальном порядке.

Конечно, если это не сработает, тогда мы будем более чем готовы вернуться к старым либеральным, бесхарактерным, социалистическим, любящим ниггеров, красным левым, гомосексуальным коммунистическим методам недавнего прошлого.

Но, пожалуйста, давайте дадим этому шанс. Это может быть трудный путь, мы знаем. Но не забывайте: богатому человеку легче пройти через игольное ушко, чем верблюду... чем верблюду тоже…»