Про ниггеров

В Нью-Йорке в 2007 году городской совет объявил мораторий на слово nigger — только не юридический, а демонстративно символический. Никого за произнесенное слово не собирались арестовывать или штрафовать. Это был политический жест: «мы призываем людей перестать его употреблять». И внезапно, никакого закона никому уже и не понадобилось. За несколько лет общественное табу оказалось экспортировано далеко за пределы Нью-Йорка, США и вообще того исторического контекста, в котором это слово якобы приобрело оскорбительный смысл.

Теперь человек в другой части света, говоря на другом языке, обсуждая американскую книгу или буквально объясняя, какое именно слово запрещено произносить, все равно должен сказать «слово на N». Вау, американский символический мораторий оказался эффективнее настоящей государственной цензуры. А затем экспортировали этот запрет вместе с американской культурой практически на весь западный интернет.

Это, кстати, прекрасная иллюстрация того, почему современная цензура редко нуждается в цензоре. Не обязательно ставить товарища майора рядом с каждым. Достаточно создать настолько сильное социальное табу, что люди сами начнут контролировать друг друга — агрессивно и нагло, запихивая свой устав во все монастыри.

Как автор, я сталкиваюсь с таким постоянно и это искренне подбешивает. Если всерьез говорить о борьбе с дискриминацией, это просто шиза: превращение отдельных слов в магические заклинания, которые нельзя произносить вообще ни при каких обстоятельствах, вредит. Оно работает не на объединение людей, не к игнорированию цвета кожи, а к усилению различий и делению людей на обособленные и наделенные разными правами и привилегиями группы. У меньшинств должны быть не бонусы, а равенство — иначе это тупая месть и попытка обналичить свою (часто фейковую) травму, а не стремление к справедливости.

Абсурдна ситуация, в которой слово «ниггер» внезапно становится настолько сакрально запрещенным, что его нельзя произнести даже в нейтральном или шутливом контексте. Нельзя процитировать или прочитать вслух исторический текст или цитату. Надо сказать n-word. Мы буквально изобрели Волан-де-Морта из детской книжки, вершина, блядь, социальной эволюции.

А какую проблему мы таким образом решили, еще раз? Расизм исчез? Чернокожих перестали дискриминировать при найме? Перестали хуже обслуживать? Перестали подозревать в преступлениях? Исчезла сегрегация по уровню доходов? Испарились бытовые предрассудки? Нет. Зато людям недвусмысленно объяснили, какие именно последовательности звуков им запрещено произносить.

Очень удобная форма общественного прогресса, потому что она практически ничего не требует. Разобраться, почему существует расизм, сложно. Разобраться в бедности, исторической сегрегации, устройстве полиции, качестве образования, социальных лифтах, миграции, культурных различиях, наследуемом богатстве — пиздец сложно. Там надо читать исследования, статистику, думать. Признавать, что у сложной проблемы может не быть одного красивого объяснения. А потом еще, прости господи, предлагать решения, у каждого из которых будут цена, побочные эффекты и противники.

Это популизм, клоунада и ритуалы, а не общественное развитие. Причем самое забавное — что такой подход удобен настоящим расистам. Он позволяет им представить всю борьбу с дискриминацией как один гигантский театр абсурда (и их сложно в этом упрекнуть!). Мужик, который никогда особо не думал о расах и вообще не испытывал ненависти к чернокожим, говорит запрещенное слово в цитате — и внезапно получает публичную казнь. Он смотрит на все это и совершенно закономерно спрашивает:
«Вы ебанулись?».

А расисты такие: «Вот! Я же говорил. Им не равенство нужно. Они хотят заткнуть тебе рот». И мы дарим им прекрасный агитационный материал. А еще достаточно просто соблюдать простые ритуалы - и вроде как ты уже не расист, все внимание обращено к тем, кто говорит ниггер.

Это одна из фундаментальных проблем принуждения. Если ты хочешь, чтобы человек разделял твои идеи, у тебя есть два пути. Можно объяснить ему, почему она верна, а можно заставить его правильно себя вести. Второй путь гораздо быстрее. Человек выучит нужные слова и перестанет произносить запрещенные. Но вот только убеждений его ты этим не поменял. В лучшем случае он просто адаптировался. В худшем — теперь он еще и ненавидит тебя. И заодно негров, еще больше.

Можно заставить расиста не говорить «ниггер». Он будет говорить «эти люди». Можно запретить ему говорить «эти люди». Он придумает что-нибудь еще. Предубеждение живет не в конкретном наборе фонем. Есть разница между вежливостью из доброты и осознания и вежливостью, потому что за хамство накажут.

Светлое будущее в просвещении, а не в дрессировке.