Аналитик.

Аналитик являет собой не просто место, время и правила, этика, техника, но и личность. Но не просто стиль аналитика, его личность. Нет, аналитик анализирует себя анализируя пациента. То, что затрагивается внутри аналитика, его опыт и знания, которые возникают как спонтанное, но и одновременно осмысленное действо внутри терапевта. Аналитик являет собой полем битвы незатронутых пациентов частей, и чем анализант делится явно и неявно, в достаточно известной операции, как проекция и проективная идентификация. Да, это происходит и через действие, однако же через проживание(но не всегда разыгрывание) аналитик может начать думать, получив достаточное количество информации о пациенте, которая проявляет себя через воспоминания, сны, образы аналитика. Собрав достаточное количество информации, аналитик может, на основе данных, найти избранный факт сессии, и, исходя из этого, может давать интерпретацию. Без информации, без контрпереноса терапевта и проекций анализанта в аналитика невозможно в принципе познать пациента, его боли, страдание, его эмоцию, его информацию. Гораздо меньше мы получаем через слова, нежели через непосредственное эмоциональное состояние, которое ведет к определенным состояниям анализа и открытию не заранее или издалека вне пациента. Бион по сути продолжая Мелани Кляйн говорит о важности информации, эмоции, которая возникает в контакте пациент-аналитик здесь-и-сейчас. Ведь есть то знание, которое невозможно рассказать и показать словами, и оно неявно существует между строк, между взглядами, между поворотами голов, движениями тела и души здесь и сейчас.

Поэтому аналитик никогда не должен оставаться один, и поэтому временами нам помогают знания, но также важно супервизионные процессы и анализ и самоанализ. Будучи подвержены эмоциям, которые как расширяют наши способности, так и сужают их, Другой способствует извлечению эмоции, чувства, страсти из аналитика как элемента Диады. Будучи погруженным в состояние аналитической пары аналитик далеко не всегда способен вынырнуть из эмоционального состояния и для этого необходимо отказаться от идеи нейтральности как вредного и опасного. Будучи нейтральным, ты не погружаешься в отношения, отрицая свою ненейтральность вероятно столкнуться со своими слабыми частями и вместо мышления возникает разыгрывание, которое никуда не выходит кроме как в вечное повторение. Повторение это то, ради чего к нам приходят, нам рассказывают историю и боль, но если оставаться только в этом анализ не состоится, он просто превратится через время в обычные отношения как с друзьями или любимыми. Это ценно, но этот опыт ничего не меняет. Меняет способность думать аналитика, находясь под шквалом эмоций, а для этого аналитику необходимо обращаться к себе, находящемуся и внутри и снаружи пары одновременно, и часто это возникает как результат огромного количества личного анализа и супервизий. Если аналитик это поле действа, значит это поле должно максимально просвечиваться самим аналитиком.

Ведь мы не просто перенос и стул, на который набрасывается перенос. Мы своим полом, гендером, личностью, внешностью, особенностями поведения привлекаем или отвращаем от себя пациента. Любовь и ненависть, страсть, желание, знание, грубость, незнание, глухость… Мы особенные, и эта особенность не просто причина анализа, но и способ раскрытия аналитического процесса анализанта и пациента. С кем-то не сработается у данного пациента ввиду того, что пациент не увидит ничего в этом аналитике кроме аналитика. Личность важна, спору нет

#мысли_после_маццакане