Севиль Курал говорила о «большой палатке» как метафоре идентичности группы, где общее полотно соткано из индивидуальных нитей.
Интересной стала идея «избранной травмы» и «избранной славы»: того, что передается через поколения не как осмысленный опыт, а как аффект, как образ, который ребенок получает без возможности его ментализировать.
Травма и слава переплетаются, формируя чувство «мы» и тогда время словно схлопывается, прошлое вновь и вновь переживается как настоящее. Отказ от этого как отказ от собственной идентичности и возникает трудный вопрос: как работать на мир, не отрицая историю?
Обещали, что в ответ на это в призме подхода Севиль мы получим в полном тексте доклада ) интересно.
Младен Доллар размышлял о конце эпохи иронии.
Ирония как «язык плюс ноль», когда к высказыванию ничего не добавляется, но всё меняется.
Она разделяет на «понимающих» и «непонимающих», создает тайное сообщество, нарушает законы логики: «я говорю и не говорю».
Мир сам по себе ироничен, без безопасной дистанции.
И это звучало как вызов не только философии, но и психоанализу: Как выдерживать эту неоднозначность, не упрощая?
Доклад Нины Михайловны Савченковой ожидаемый о прикосновении как «царском пути» к близости развернул тему от Платона и христианской традиции к Винникотту и Биону.
Прикосновение, как феномен, соединяющий боль и наслаждение, реальность и сон, зов и отклик. У Винникотта - это исходный опыт как в основе хороший; у Биона - радикальное несовпадение, контейнирование через различие.
Близость как процесс, не как состояние. И мысль, которая у меня осталась: там,
где есть близость, встреча невозможна
Марина Куликова, говоря о языке Набокова Лолиты провела это через тему языка, эмиграции и идентичности. Только ли материнский язык несет архаическое знание?
Была ли «Лолита» возможна по-настоящему на русском? И как перевод превращает текст в «несколько раз кастрированную историю»?
Здесь особенно остро прозвучала тема
ужасающей мужской сексуальности и невозможности символизировать утрату материнского.
И тот самый «наш» Круглый стол в компании Николая Медведева, Александры Артеменко иии Искусственого Интеллекта случился весьма оживленным.
Мы говорили об ИИ не как о фантазии будущего, а как о уже присутствующей фигуре поля. О том, что он несет в себе. Он тот кто рядом, алгоритмический.
Важно видеть не саму «палку», а руку, которая её держит: ИИ всё больше становится проекцией наших нарциссических фантазий всезнания и всемогущества, той «груди», которая всегда доступна, но и власть которой над младенцем абсолютна.
С одной стороны, ИИ может поддерживать между сессиями, удерживать в кризисе и помогать думать; с другой - он уже анализирует материал и тем самым меняет само аналитическое пространство. Рядом с аналитиком и пациентом появляется алгоритмический «третий», почти новая форма внешнего суперэго.
Возможно ли в этом не угрозу, а приглашение, оставаться в negative capability, заново размышлять о встрече, слушании и о том, что в аналитике по-прежнему остаётся по-настоящему живым и незаменимым?
Это вопросы без четких ответов, нооо заставляющие задуматься о том не Что а Как мы слушаем наших пациентов.
По итогу, первый день оставил ощущение, что мы живем не просто в эпоху новых языков, а в эпоху, где время схлопывается, травмы возвращаются, ирония теряет невинность, а близость всё чаще требует переосмысления.
И, пожалуй, главное - необходимость выдерживать эту неопределенность, не спеша закрывать ее готовыми ответами.
А потом … были узкие улочки Стамбула, потрясающие запахи, вкусная еда и радостная встреча, но о ней уже завтра ❤️
#Стамбул #языкипсихоанализа #аспп_психоанализ #конференция