Недавно «Эльмиру» читали в совершенно холодном ко мне книжном клубе — не мои подписчики, не коллеги, не люди, которые заранее знают, что и зачем я обычно пишу. Отзывы получились очень разные, местами довольно болезненные, но зато это оказался интересный эксперимент. Потому что я вдруг увидел, какую книгу читают люди, которые ничего обо мне не знают.

И, кажется, понял одну свою ошибку.

Вообще идея «Эльмиры» была довольно нехитрой — спрятать в простеньком детективе историю отношений между героиней, её сыном, её мужем и любовником и прочими людьми, которых она высокомерно использовала, при этом всё-таки много всего чувствовала, но скрывала, в том числе от самой себя. И вот она после смерти собирает свою жизнь по кусочкам, ей помогает ГГ, при этом сам находясь под впечатлением, ибо очень похож на героиню и видит в ней свой незавидный финал.

Вот это по моей задумке было ядро книги, и его считывают те, кому она изначально адресована — коллеги и люди, интересующиеся психологией. То есть только начинается вся эта история — они тут же ловят знакомые ритмы и такие: «О, какая она нарциссичная сука, но как же она при этом страдает, бедняжка, жалко, что так вышло, что ей не удалось вылезти при жизни из нарциссической скорлупы...» Там много мыслей, чувств по этому поводу поднимается, и они их обсуждают.

А к детективной части я изначально относился довольно несерьёзно. Это такая нарочито простая игра в классический детектив: покойница, небольшой круг подозреваемых, дилетанты, которые ведут расследование и сами периодически признают, что хреновые из них Пуаро, отсылки к настоящим детективам. Такая нехитрая постмодернистская игра: взять простую детективную конструкцию, слегка над ней посмеиваться, а внутрь запихнуть совсем другую историю.

И вот я был уверен, что шалость удалась и всё это совершенно очевидно, а выяснилось, что холодная аудитория читает детектив как детектив. Вся психотерапия и разговоры для них либо уходят на второй план, либо становятся ещё одним способом поискать улики. Соответственно, они вполне закономерно объявляют детектив слабым, конец притянутым, разгадку — никакой, убийца сразу признался, книга разочаровала. А про всё вот это, связанное с самой Эльмирой, в отзывах почти ничего нет. Хотя чисто по объёму там про это пол-книги.

То есть я где-то сделал ошибку. Я почему-то считал, что ирония над жанром отменяет жанровые ожидания. А она, похоже, вполне может их создавать. Я подмигиваю читателю: «Ну ты же видишь, что мы тут немножко играем в детектив?» А он: «Конечно вижу. Так кто убийца-то?» И читатель по-своему прав. Я сам дал ему убийство, подозреваемых и расследование и триста страниц заставлял ждать ответа на вопрос «кто убил Эльмиру?», а потом почему-то рассчитывал, что он догадается: да не это тут главное.

Не догадался, и, пожалуй, не обязан был. Собственно, уже в следующей книге я поступил на порядок аккуратнее, а тут — ну действительно детектив отдельно, а психология отдельно, и не все поняли мой замысел, увы.

Опыт, сын ошибок трудных.

Кстати, очень похожая катавасия у меня вышла с Леоном — там тоже за загадкой «кто такой Леон, и есть ли он?» многие не замечают, что, вообще-то, книга про Даниэля и его путь изменений, какая нафиг разница, кто такой Леон? Ну вот видимо я слишком поверил в себя, когда это писал =)))