Родина Лёва, гений пенальти и лучшая академия Германии. Что за клуб вышел в финал Лиги Европы

Часть IV

А вот второй “ненастоящий” легионер позволяет говорить уже не о сказках и легендах, а о зверином оскале капитализма. Лето 2025-го – с отрывом рекордное по тратам клуба, Фрайбург выложил 32,7 миллиона евро. Безусловно, 31 и выручили, но раньше клуб столько не тратил, продавая даже на большие суммы.

Теперь Фрайбург может больше и тратить. С какой, собственно, стати, ему быть “ярмаркой”? Стадион теперь большой и современный, с ним можно много зарабатывать на билетах. База, во всех смыслах этого слова, у клуба не в пример мощнее той, что 10-20 лет назад – а это значит, что клуб может себе позволить вкладываться в состав.

Легионер, к которому я так долго подводил – воспитанник Санкт-Паули, хорват Игор Матанович. За него клуб заплатил 6,7 млн евро – и он отплатил за это 15 голами в первом же сезоне. Форвард Судзуки, за которого датский Брондбю получил 10 миллионов, справляется хуже, но очень помог выйти в финал дублем на поле Сельты. Помог и вингер Дерри Шерхант, которого купили у Герты за смешные 2 миллиона – и в целом, видно, что клуб крепнет. Выход в финал ЛЕ, 15 дополнительных матчей, не стал поводом провалить чемпионат: сезон Бундеслиги Фрайбург закончил на седьмом месте, точно будет в еврокубках и в следующем сезоне.

Забавно получается: вратарь соперника Фрайбурга выигрывал серию пенальти в финале чемпионата мира, но до серии пенальти Астон Вилле всё равно лучше не доводить. Новый воспитанник вратарской школы Фрайбурга при одиннадцатиметровых творит что-то невероятное. Его зовут Ноа Атуболу, и из последних семи пенальти он отразил шесть – в том числе и важнейший, в полуфинале Лиги Европы на поле Браги.

История Фрайбурга – это больше история семейственности, чем большого бизнеса. Фрайбург – это клуб, который в момент, когда переезжает на новый стадион, не договаривается с какой-либо кейтеринг-компанией, чтобы на новом месте могли продолжить работу старые продавцы уличной еды. Штрайх плакал на прощании со старой доброй ареной – так он прикипел к “Шварцвальд-Штадиону”. Может, потому и ушёл?...

В отдельных случаях преемственность даже перерастает в родство. В начале девяностых во Фрайбурге играл полузащитник Нильс Шлотттербек. Стал лучшим бомбардиром команды в сезоне, быстро ушёл – но спустя много лет молодёжная команда Фрайбурга приняла его племянника Нико. Пройдёт ещё немного времени, и Боруссия выплатит за него 20 миллионов евро, а сейчас на Нико Шлоттербека, со статусом однозначно лучшего немецкого и одного из лучших защитников мира, претендует половина топ-клубов.

Фрайбург – это ценности. Шлотттербека в основе команды заменил Маттиас Гинтер – воспитанник клуба, чемпион мира, тоже поигравший за Дортмунд. На тот момент ему было 28 лет, среди претендентов были Барса с Баварией – пусть, скорее всего, в запас, но тем не менее. Гинтер выбрал вернуться во Фрайбург, сказав, что нет ничего более особенного, чем возвращение на родину.

Наверное, Фрайбург – даже больше, чем просто этика, профессионализм и высокие рабочие стандарты. Это одно из немногих мест в современном футболе, где любовь фанатов к игрокам – любовь безмерная и бесконечная – встречает отклик. Легко перечислять большие достижения Финке и Штрайха, но вообще оба тренера с клубом вылетали из Бундеслиги. Сколько клубов на месте Фрайбурга зазнались бы, выпустили бы пресс-релиз с формулировками “уволен за несоответствие выросшему уровню команды”? Клуб из немецкой провинции знает своё место – и поэтому это место всё почётнее.

В финале Лиги Европы сойдутся очень, очень разные команды. Успех Астон Виллы – штрих к портрету успеха всей Английской премьер-лиги. Это символ того, как в Англии за пару лет может вырасти большой клуб, с многократным победителем Лиги Европы у бровки, героем последнего ЧМ в воротах и кучей сборников даже в запасе. Это большая, сильная история – но, как вы теперь знаете, самый романтичный сюжет этой ЛЕ носит другое имя.

Текст на Укрправде

Пасичный. Подписаться