Когда сегодня слышишь слово Афганистан, воображение довольно быстро подсовывает человека с бородой и автоматом Калашникова, затем вспоминается афганская война, а за ней уже тянется вся привычная вереница образов последних десятилетий. Из-за этого легко забыть, что в середине XX века Афганистан довольно настойчиво пытался стать современной страной, причем деньги и технологии для этой модернизации добывал весьма рациональным способом, буквально усевшись на два стула холодной войны.

В 1950-1960-е годы Кабул одновременно принимал помощь от Советского Союза и Соединенных Штатов, причем Мохаммед Дауд-хан вполне сознательно использовал соперничество Москвы и Вашингтона, добиваясь от обеих сторон новых вложений. Логика была понятной: если две сверхдержавы хотят доказать преимущества собственной модели развития, почему бы не позволить им соревноваться на афганской территории?

Советский Союз особенно активно работал на севере страны, связывая Афганистан со Средней Азией. Самым известным памятником этого присутствия стал Салангский тоннель, открытый в 1964 году и позволивший провести автомобильную дорогу через Гиндукуш. В результате северные районы получили гораздо более устойчивую связь с Кабулом, а экономическая география страны начала заметно меняться под воздействием новой инфраструктуры.

Американцы в это же время вкладывались в юг. Одним из крупнейших проектов стало освоение долины Гильменда, где при американском участии строились гидротехнические сооружения и возникала собственная версия модернизационной утопии. Затем Инженерный корпус армии США занялся дорогой Кабул-Кандагар, завершенной к середине 1960-х годов.

Самая красивая деталь этой истории заключается в том, что американская и советская инфраструктуры постепенно начали физически соединяться. Американские дороги выходили к трассам, построенным при советском участии, и в результате две державы, соревновавшиеся за влияние, фактически совместно собирали транспортную сеть Афганистана. В Вашингтоне прекрасно знали о деятельности Москвы, советская сторона столь же внимательно следила за американскими проектами, однако уходить никто не собирался, поскольку каждый опасался оставить сопернику слишком много пространства.

Получалась довольно странная модернизация: СССР и США конкурировали между собой настолько усердно, что их инфраструктурные проекты начинали работать вместе.