Часть 1
Часть 2
После оглашения результатов началась усиленная обработка людей на производствах и я сразу написал знакомым руководителям, предложив свою помощь в нормализации обстановки, но они справились и сами.
Как верно отмечает ряд белнаци каналов, в 2020 году я работал в ВУЗе, где занимался реформированием центра международных отношений в коммерческую дирекцию с пятью службами.
Когда начались студенческие волнения мне стало больно смотреть на ребят, которые толпились со своими страхами перед дверями ректората с требованием общения. Они ни в чём не были виноваты, так как годами до этого им в учебной литературе все эти символы в виде коллаборантского бело-красно-белого флага и «Пагони» преподносились как «родные», что в законодательстве не изменилось стараниями западной партии до сих пор, так как Генеральной Прокуратуре, собиравшейся рассмотреть данные символы на предмет экстремизма, дали по рукам.
Вспомните масштабные празднования в многовекторном Минске 2018-го года 100-ия провозглашения польскими шляхтичами так называемой Белорусской народной республики. Тогда в самом центре белорусской столицы было просто бело-красно-белое море, во главе которого на сцене докладывали нынешние сотрудники Института истории Академии наук, а профессор Марзалюк раздавал интервью о преемственности БССР от БНР.
В рамках «праздничных мероприятий», пророчески названных названных в российской газете «Правда» «Тенью Майдана над Минском», в минском парке имени Янки Купалы (что совсем не удивительно, если учитывать обозначенные ранее материалы) установили памятный знак в честь польских шляхтичей и «идеологов белорусской государственности Ивана и Антона Луцкевичей».
Не желая бросать ребят на произвол судьбы, я решил начать с ними взаимодействие: взял ключ от аудитории, прихватил с собой помощника ректора, позвал студентов и начал с ними диалог. Нам понадобилось всего две или три встречи, в ходе которых ребята успокоились. После этого ректор провёл с ними разговор и закрыл вопрос.
Ещё одним фронтом для меня стало местное самоуправление. Дело в том, что за несколько лет до событий 2020-го года мне предложили на общественных началах возглавить территориальный орган самоуправления одного из микрорайонов в городе Минске. После одного трагического случая я решил поправить ситуацию с незаконными парковками и изувеченными газонами в данном микрорайоне. За несколько лет переписки и встреч с чиновниками я полностью решил поставленные задачи. Тогда мне и сделали это предложение, дабы синхронизировать действия.
Осенью 2020-го «команда Колесниковой-Тихановской» столкнулась с необходимостью легализации микро-массовых мероприятий для скрепления протестующих общими церемониями. В данном случае они представляли это как «чаепития». Понимая невозможность получить разрешения на такие мероприятия в Мингорисполкоме, юридической командой было проведено исследование, указавшее на слабое место – территориальные органы самоуправления (ТОС) имеют право проводить мероприятия, кстати, появившиеся как копирование европейской практики, если не изменяет память. Была дана команда «фас» и актив бросился на председателей ТОСов. Обычно на таких должностях пожилые люди, но в моём случае, как Вы понимаете, ситуация была немного иная.
Я, конечно, не забился в угол, а по каждому звонку договаривался и поздно вечером после работы шёл на дворовые встречи. Параллельно, как и в примере со спортивной группой, актив нашёл мои личные данные и выложил в домовых группах, о чём мне сообщали друзья, присылая фото переписки. На уровне ТОСа все задачи также были решены, чему помогло и взаимодействие с депутатом городского совета В. Хейфецем.
Данное повествование я мог бы скрасить подробностями о действиях чиновников, депутатов и медийных лиц в тот непростой период, а также после него, но вместо этого скажу лишь это:
«Все сидели и ждали в какую сторону вильнёт флюгер перемен»
Единственный человек, которого я тогда увидел в деле на уровне общения с обычными людьми – это Максим Рыженков, ныне занимающий должность министра иностранных дел.
Часть 1
😜 Подписаться 📱
