К пониманию нашей современности
Тезисы. Продолжение № 8. (начало см. выше).

23. Теперь мы можем понять специфическую логику поведения держав в данном конфликте. Проиллюстрируем ее на примере тайванского кризиса.
23.1. Тайванская полупроводниковая корпорация TSMC начала в 2021 году строительство двух заводов в штате Аризона (США). Сообщают, что старт массового производства передовых 3-нанометровых чипов намечен на 2027 год. Более того: компания докупила еще 900 акров земли и начала подготовку к строительству четвертой фабрики, а также двух заводов по передовой упаковке чипов, которая критически важна для ИИ-процессоров (таких как чипы от Nvidia). Общее количество запланированных фабрик в Аризоне выросло до шести. Финансовые обязательства TSMC в США выросли со стартовых 12 млрд долларов до астрономических 265 млрд. Это подкрепляется субсидиями и займами со стороны американского правительства в рамках «Закона о чипах» (CHIPS Act). Т. о., все серьезно.
23.2. Еще сообщают, что правительство Тайваня, придерживающееся антикитайского, проамериканского, курса, теряет популярность, а популярность прагматичных, умеренно-прокитайских, оппозиционных сил в стране растет.
23.3. Запланирован визит Си Цзяньпина в США в конце сентября 2026 года. Очевидно, что это – не формальный «визит вежливости».
23.4. Китай переносит свою военно-политическую активность с тихоокеанского региона на Ближний Восток, что воплотилось в Американо-Иранской войне.

24. Итак. Американцы переводят с Тайваня к себе стратегически важное производство. Сам остров им уже не так интересен, как раньше. Тайваньцы склоняются к тому, что им нет смысла «украинизировать» - утилизировать - свою страну ради чужих интересов и думают о том, чтобы согласиться на «мягкое» поглощение ее богатым Китаем. Следовательно, Си Цзяньпину и американскому президенту в принципе, будет, о чем побеседовать. Тем более, что между Китаем и США еще имеется масса других проблем.

Все это говорит о том, за что и как идет борьба. Она идет не за территорию как таковую и не за рынки как таковые, как это было в Первую мировую. Тогда это было главной целью держав постольку, поскольку считалось возможным физически ликвидировать противника. И это удалось: четыре империи (Российская, Германская, Автро-Венгерская и Османская) действительно канули в Лету. В эпоху оружия массового уничтожения цель конфликтующих держав иная. Точнее, цели: не может быть общей цели у монополиста и у тех, кто его монополию оспаривает. Цель монополиста ясна: удержать в своих руках право «стричь купоны», навязывая военной силой другом державам господство своей валюты. Целью же его противников является подчинение себе всего цикла производства стоимостей вплоть до получения прибыли, по крайней мере, в национально значимых отраслях. Запад десятилетиями получал прибыль от сбыта стоимостей, произведенных "Востоком", именно потому, что контролировал финансовые потоки (доллар, SWIFT, рейтинговые агентства, МВФ). Россия и Китай сейчас бунтуют не просто против "плохих санкций", а против самой архитектуры однополярного финансового контроля, которая не позволяет им удерживать добавленную стоимость внутри своих стран и перераспределять её в пользу своего населения. Причем, это соперничество происходит в условиях глобального рынка и глобальной культуры, где велика взаимная зависимость. Поэтому здесь речь идет не о физическом уничтожении противника, а об изменении его экономического статуса в мировой экономике посредством его экономического истощения. Главный фронт этого мирового конфликта – экономический, а не военный, главная стратегия – истощить ресурсы противника. Отсюда – и неторопливый темп военных компаний.

Окончание следует.