Урбан журнал | Михаил Попов

Это всё, что останется после меня

Иногда приходится уходить не потому, что ты этого хотел.

Просто в какой-то момент понимаешь: прежняя жизнь закончилась. Вместе с привычным телом, планами, маршрутами и уверенностью, что завтра будет примерно таким же, как сегодня.

Я не знаю, каким будет мой следующий этап. Возможно, он окажется самым сложным из всех, что мне доводилось проходить.

Но я точно знаю одно: я не собираюсь исчезать.

Поэтому это не «прощайте навсегда».

Это скорее: до встречи в новой версии меня.

Спасибо всем, кто был рядом. Кто писал, звонил, приезжал, помогал, спорил со мной, вытаскивал меня из самых тяжёлых дней и просто не давал почувствовать себя одному.

Дальше будет трудно.

Но, кажется, именно сейчас начинается самое интересное.

Проголосовал за Максима Гулина и «Новых людей».

Для меня выбор простой: хочется видеть во власти людей, которые готовы не просто занимать кресла, а менять город и добиваться конкретных результатов.

Посмотрим, что скажут избиратели.

Ликвидатор ядра

Иногда берёшь в руки старую агитацию — и понимаешь, что держишь уже не бумажку, а маленький исторический артефакт.

Вот эта закладка.

Да, обычная бумажная закладка для книги.

На ней написано: «Это закладка».

И, если подумать, это был довольно честный политический манифест.

Никаких гигантских баннеров за миллионы.
Никаких «команд профессионалов по политическим коммуникациям».
Никаких политтехнологов с презентациями на 120 слайдов.

Просто парень из соседнего двора, который решил пойти в депутаты и напечатал агитацию… на закладках.

Потому что закладку хотя бы не выкинут сразу.

Её положат в книгу.
Закроют книгу.
Унесут домой.

И, возможно, забудут.

А потом через несколько лет откроют ту же книгу — и снова увидят человека, который когда-то решил: «А почему бы не попробовать изменить свой город?»

В те времена политика ещё казалась очень простой штукой.

Она была про двор.
Про улицу.
Про конкретный дом.

Собрать подписи за переход.
Добиться ремонта детской площадки.
Поругаться с чиновником из-за фонаря.
Уговорить поставить остановку там, где ей действительно место.

И если получилось — это уже была маленькая победа.

Без пафоса.
Без телевизора.
Без миллиардных бюджетов.

Просто потому, что ты здесь живёшь.

Наверное, поэтому мне и нравится эта закладка.

Она напоминает, что большая политика иногда начинается не с кабинета, штаба или сцены.

А с человека, который сидит на кухне, смотрит на свой двор и думает:

«Ну а если не я — то кто?»

А дальше появляется листок бумаги.

Иногда — закладка.

И иногда именно с таких смешных, наивных и почти незаметных вещей начинается ликвидация ядра большой системы.

Потому что любой большой город когда-то начинается с одного человека, который решил не проходить мимо.

Отчёт. Южная. Трамвайные платформы, за которые пришлось бороться четыре года.

Делаем обещанные трамвайные платформы на остановке «Южная».

Я не жалею ни одного из этих четырёх лет. Потому что речь не о красивом благоустройстве и не о галочке в отчёте. Речь о безопасности людей. О том, чтобы пассажиры не выходили из трамвая прямо на проезжую часть и не рисковали жизнью, добираясь до тротуара.

Четыре года — чтобы в городе появилась нормальная остановочная инфраструктура. То, что должно было быть обычной работой Админки, превратилось в отдельную борьбу.

И у меня есть опасение: возможно, в этом году строятся последние трамвайные платформы, потому что скоро их просто некому будет лоббировать.

Поэтому цените не только бетон и бордюры. Цените результат, за которым стоят годы работы, переговоров и давления.

А я продолжу следить за тем, чтобы обещанное довели до конца.

Чем запомнится человек, который сегодня управляет городом?

Не новыми улицами. Не удобным транспортом. Не сильной командой.

А вот этим:

1. Кроет матом собственных подчинённых.

2. Устраивает им разнос за посты, где я их упоминаю.

3. Доводит до уголовных дел тех, кто недостаточно предан.

4. Срывает поручения губернатора.

В общем, отличный управленческий стиль: подчинённые боятся, губернатор ждёт, город терпит.

И ведь всё это когда-нибудь останется в истории города. Вопрос только — в каком разделе.

Дорогие мои, важные новости: Алексей Текслер никуда не уходит, а Алексей Лошкин губернатором Челябинской области не станет.

Так что выдыхаем — и продолжаем работать.

Город сам себя лучше не сделает. Работаем дальше. Во благо Челябинска.

Город на ручнике. Почему Челябинск не может изменить свои улицы

Есть ощущение, что в Челябинске уже много лет существует невидимое правило: если что-то однажды нарисовали на дороге или запрограммировали в светофоре — лучше этого никогда не менять.

Особенно хорошо это видно на работе СМЭУ.

Организация, которая должна обеспечивать нормальную работу светофорного регулирования, фактически превратилась в один из главных тормозов транспортных изменений. Светофоры обслуживаются, а вот менять саму логику движения города — пофазники, приоритеты, длительность фаз — почему-то становится огромной проблемой.

В результате КДХ может разработать нормальное решение, но упирается в людей, которые десятилетиями смотрят на улицу исключительно как на набор полос, светофоров и автомобилей.

И это не единичный случай.

При Беляшове таким образом стопорились самые разные решения:

— выделенная полоса на Ленина;
— нормальные трамвайные остановки на Цвиллинга;
— шлюзы;
— сужение избыточно широких полос;
— демонтаж slip lanes;
— приоритетные фазы для трамвая;
— изменение схем движения;
— перераспределение пространства в пользу общественного транспорта и пешеходов.

Каждое из этих решений по отдельности кажется технической мелочью.

Но из таких «мелочей» и состоит современная улица.

Проблема Челябинска в том, что часть руководителей до сих пор воспринимает улицу как инженерное сооружение, главная задача которого — пропустить как можно больше автомобилей.

Современная транспортная политика работает иначе.

Улица должна обеспечивать движение людей. Где-то это автомобиль, где-то автобус, где-то трамвай, велосипед или собственные ноги. А задача инженеров — настроить систему так, чтобы наиболее эффективный вид транспорта получал соответствующий приоритет.

Поэтому вопрос уже давно не в том, «можно ли сделать выделенку», «можно ли поменять пофазник» или «можно ли убрать лишнюю полосу».

Можно.

Вопрос в другом: кто принимает решения и насколько современными являются представления этих людей о городе.

Пока ключевые решения будут блокироваться логикой «так исторически сложилось», Челябинск будет продолжать получать улицы XXI века с транспортным мышлением прошлого века.

И никакая новая техника, новые автобусы и даже новые трамваи сами по себе эту проблему не решат.

Отчёт

Есть вещи, которые не хочется превращать в публичную историю. Но восстановление — как раз тот случай, когда без помощи других людей бывает очень трудно.

Благодаря вам я смог сходить к врачу-травматологу-ортопеду — специалисту, который помогает мне снова встать на ноги и выстроить нормальный путь восстановления.

Консультация обошлась в 7500 рублей. Эти деньги я смог заплатить благодаря вашим пожертвованиям.

И это только начало. Моё восстановление может занять до года, а общие расходы — доходить до миллиона рублей.

Поэтому, если вы хотите помочь мне пройти этот путь, я буду благодарен любой поддержке. Здесь нет обязательной суммы — важна сама возможность продолжать лечение и реабилитацию.

2200300505812311

Boosty: boosty.to/michael_popov74

Как я пытаюсь лечиться

Третья областная больница продолжает делать всё, чтобы моя реабилитация превращалась в отдельный квест.

Сотрудники больницы не только не хотят возвращать меня в реабилитационный центр. Теперь они ещё и рассказывают неврологам в городе, что я «неуважаемый человек». После этого некоторые специалисты почему-то предпочитают вообще не связываться со мной и отказываются от лечения.

Получается довольно абсурдная ситуация: мне нужно лечиться, а вместо поиска врача приходится искать врача, который согласится меня лечить.

С этой проблемой я обращался и к Министру здравоохранения, и к первому заместителю губернатора, который курирует Министерство здравоохранения. Но вмешиваться в ситуацию они отказались.

Я могу быть неудобным пациентом. Могу писать жалобы, задавать неприятные вопросы и требовать, чтобы медицинская помощь была организована нормально.

Но разве за это человека можно лишать возможности лечиться?

Я сейчас пытаюсь восстановиться и вернуться к нормальной жизни. И, честно говоря, меньше всего мне хотелось бы тратить силы на борьбу с медицинской системой.

Но если система не хочет лечить меня — видимо, придётся снова разбираться с системой.

Откуда я брал цвета для табличек?

У меня есть одна маленькая слабость — конфеты Barkleys. И когда я придумывал дизайн табличек, решил немного нахулиганить: просто взял их палитру и перенёс её в город.

Красный, кремовый, зелёный — цвета, которые обычно ездят у меня в кармане в виде коробочки с конфетами со вкусом корицы, должны были начать ездить по Челябинску уже в другом качестве.

Проект, правда, так и не удалось реализовать — не успел. Но мне нравится сама эта история: иногда городские идеи рождаются совсем не там, где их принято искать.

Например, между леденцом и жевательной резинкой.

Оптимизация трафика

На перекрёстке Пушкина — проспекта Ленина наконец появилась вафельница.

Восемь лет её лоббировали, объясняли, доказывали и напоминали. И вот — разметка на асфальте.

Вроде бы несколько жёлтых полос. А на деле — возможность не запирать перекрёсток теми, кто не успел проехать его за один цикл светофора.

Иногда для оптимизации трафика не нужны миллиарды. Нужна разметка и восемь лет настойчивости.