28. August

отправил два письма в старый джобцентр, ещё одно — в свою старую школу; я заслужил свой barre 3 из плейлиста nationale opera|ballet на 39 минут; время замерло; я должен поехать в ульм один, если все сложится; мне даже хочется этого; время первых летних каникул вытягивается в струну

я стриг арси 2,5 часа ножницами для бумаги; over the garden wall — недавно пересмотрели с субтитрами; время несется, нам нужно уже бы и второй ногой перепрыгнуть;

вчера моя квир-психологиня проговорила, что я могу остаться с ней столько сколько нужно, даже после того, как начну свою официальную продолжительную психотерапию в берлине. я понял, что у меня есть запрос на продолжение и ей это сказал. и я сказал ей, что весь мой опыт терапии сводится к экстренным ситуациям, и я никогда не задерживался с одной терапевткой надолго. впервые чувствую, что хочу и могу идти дальше; я чувствую эти консультации как сегодня большую привилегию; они помогают моей самой страдающей (родительской) идентичности не сходить с ума;

у меня есть время на воспоминания; я восстановил некоторые из семьи, детства и отношений с мамой; моё прошлое так далеко от меня, но так влияет на моё настоящее каждый день; круто иметь время посмотреть на это;

уже привычный скроллинг новостей раскачивает подо мной землю; сложно поверить, но раньше, думая о хрупкости человеческой жизни и масштабах катастроф, у меня могло возникнуть сексуальное желание. сегодня моя скорбь от того, что я не могу помочь никому из тех, кого люблю на глубоком уровне, так велика, что больше не возникает сексуальных фантазий в стрессовых ситуациях; сегодня я думаю о худших сценариях как о реальных и всё время думаю, что делать дальше

сегодня моя любовь в шоковом состоянии, моя любовь с птср, я травмирован тем, что происходит с моей любовью и моими любимыми людьми на разном уровне уязвимостей; я травмирован тем, что происходит со мной и моей семьёй; с моим любимым а*

когда я была беременна, у меня случались панические атаки при слове война, а мы дома у мамы наблюдали, как россия аннексировала крым. тогда у меня было много иллюзий. панические атаки были моим сопротивлением реальности, от осознания которой хотелось орать. тогда я дышал на четыре счёта и говорил себе, что надо верить в лучшее. сегодня я дышу на четыре счёта до панической атаки и пишу план действий к следующему дню

я думаю, что надо быть готовым ко всякой хуйне и стараюсь быть тем, кто может помочь, пока это возможно. со своей психологиней я понял, что впервые так много говорю о родительстве с другим человеком, что это главная тема наших встреч, и мне очень давно было это нужно

когда я испытываю сексуальное возбуждение сегодня, я вспоминаю позиции ног у подоконника вместо станка, моё тело вытягивается и горит, а потом я отдыхаю в растяжке и делаю скручивания для спины. самое приятное в этом — моё тело изменится так как бы я этого хотел