Создание стихов: от лайфхаков — к духовным практикам
Когда Андрей Войнов предложил для следующей статьи «рассказать о своих духовных практиках письма» — мне показалось это забавным. С одной стороны, поделиться этим легко; но я задумался — что может дать пишущему такой рассказ, кроме сопоставления с собственным опытом? Ведь советовать тут ничего невозможно; подобные практики глубоко индивидуальны. О чём могут сказать факты, согласно которым Хемингуэй сочинял стоя, а Моцарт, по легенде, при виде апельсина вспомнил неаполитанскую песню, которую слышал пять лет назад, и на её основе написал знаменитую кантату к опере «Дон Жуан»? И всё же тема давно занимает меня. В 2015 году я уже проводил подобный опрос https://literratura.org/non-fiction/1059-o-fiziologii-vdohnoveniya.html для журнала «Лиterraтура», и читать ответы коллег было интересно. Рассказам о собственной творческой кухне посвящены как минимум две антологии: одна, вышедшая в 1930 году, называется «Как мы пишем» (выложена здесь: https://vtoraya-literatura.com/pdf/kak_my_pishem_1930_reprint_1983__ocr.pdf?ysclid=mau72rkto0609977380). Среди её авторов — Горький и Замятин, Лавренёв и Андрей Белый… Другую, вышедшую в 2018-м в издательстве «Азбука» (https://azbooka.ru/books/kak-my-pishem-antologiya-hund), я перечитывал раза три или четыре. Тут о природе творчества рассуждают наши современники — преимущественно, конечно, прозаики. Роман Сенчин, Алексей Слаповский, Александр Снегирёв, Марина Степнова, Михаил Тарковский, Василий Аксёнов, Сергей Шаргунов, Леонид Юзефович, Валерий Попов и многие другие…
Кое-кто, впрочем, считает, что поэту об этом рассказывать вовсе не нужно — и полагает так, наверное, небезосновательно. Вот как высказался Евгений Абдуллаев в интервью 2016 года (https://literratura.org/non-fiction/1274-suhbat-aflatuni-ne-nuzhno-boyatsya-izobresti-velosiped.html):
О вдохновении (даже без кавычек) говорить можно… но не самому автору. Когда сам начинаешь говорить, что вот, мол, я испытал… мне явилось… Это у романтиков хорошо получалось, у них там и музы ходят, и гении крыльями машут, все в порядке. Канонический язык описания для всего этого был. А у современного автора это уже звучит как пошлость. Как такое самораздевание. Пусть кто-то со стороны судит, на каких дровах у меня там все варилось…А в 2013-м, когда Ольга Балла поделилась у себя ссылкой на мой эссеистический цикл «Дневниковые заметки о сущности поэзии»,https://literratura.org/criticism/156-boris-kutenkov-dnevnikovye-zametki-o-suschnosti-poezii.html одна комментаторша удивилась: разве это следует проговаривать? На что мудрая Ольга ответила:
непроговариваемое как раз наиболее требует облачения в слова.
Я согласен с ней.
Итак — обойдёмся без советов (кажется, впервые в этом цикле статей) и просто опишем, как это происходит у нас… Постаравшись, само собой, при этом выйти на какие-то мировоззренческие паттерны.
1. Никого не должно быть рядом.
Читатель этой статьи уже понимающе кивнул. Впрочем, у всех, конечно, по-разному, но большинство поэтов всё же стремится убежать «в широкошумные дубровы». Само собой, такое пристрастие к «никогошности» свойственно не только поэтам: в своих мемуарах об отце Лидия Чуковская вспоминает, как резко менялся Корней Чуковский, когда доходило время до написания собственных статей. «Из папы превращался в не-папу», хотел, чтобы детей не было, чтобы они сгинули как можно дальше. Иногда уговорами и настояниями «избавлялся» от ребёнка. Эти моменты по-человечески понятны, хотя, разумеется, способны травмировать домашних. Вопрос о том, стоят ли великие статьи и великие стихи таких травм, повисает в воздухе из-за своей неоднозначности. Честно скажу, у меня нет на него определённого ответа: могу привести аргументы в пользу и «да», и «нет».
(Продолжение)
🥀🤩VOINOVPOETRY🤩🥀