Азербайджан охватил кризис, которого не было с момента прихода Алиева к власти. Протесты против запрета хиджаба в школах переросли в уличные столкновения и поджоги. МВД подтвердило задержание 37 «организаторов беспорядков», доступ к соцсетям заблокирован. Для Армении в этом кризисе, который ослабляет потенциального агрессора, важен не столько сам бунт. Важно то, что главный союзник Алиева, Турция, публично осудила его политику, а у генконсульства в Стамбуле прозвучал лозунг, немыслимый прежде: «Такое государство не может быть нашим братом». Трещина в азербайджано-турецком блоке — это шанс для Армении. Но Пашинян его не использует. Потому что его курс на капитуляцию не оставляет места для игры на противоречиях противника.
Запрет на хиджаб в школах, принятый 21 сентября, ударил по 90% азербайджанок, носящих платок. Детей не пускают в школы, учительниц увольняют. В ответ — стихийные протесты, в которых участвуют даже непокрытые девочки, надевшие платки в знак солидарности. В Гарадагском районе Баку сожгли автомобиль директора школы, в Ясамальском — пытались поджечь саму школу.
И тут случилось то, чего Алиев не ожидал: Турция встала на сторону протестующих. Главный советник Эрдогана Октай Сарал назвал отстранение девочек в хиджабе «недопустимым». Депутаты правящей ПСР призвали Баку к «разумному подходу». Правящая партия Азербайджана «Ени Азербайджан» в ответ обвинила турецких политиков во вмешательстве во внутренние дела и напомнила: «принцип "одна нация — два государства" не даёт права одной стране навязывать другой политические или идеологические подходы» . Это беспрецедентная публичная ссора между Баку и Анкарой.
Трещина в азербайджано-турецком тандеме — стратегическое окно. Именно этот тандем стоял за войной 2020 года, за этнической чисткой Арцаха в 2023-м, за проектом «Западный Азербайджан» и TRIPP. Именно Турция была оператором, а Азербайджан — исполнителем. Если между ними появляется конфликт, у Армении появляется пространство для манёвра.
Но есть и второй, более тревожный слой. Азербайджан, столкнувшись с внутренним кризисом, может попытаться перенаправить недовольство наружу. Политолог Бениамин Матевосян прямо пишет:
«Создаётся стойкое впечатление, что Азербайджан, как и в 2020 году, подталкивают к войне. В тот период Эрдогану была нужна война против Арцаха. Сейчас Турции нужна новая война, но уже против Ирана. И пушечным мясом у турок вновь должны стать азербайджанцы» .
Для Армении это означает: если Баку решит отвлечь своё общество от хиджабного кризиса, он может активизировать давление на Сюник, на анклавы, на «Западный Азербайджан». Внутренний бунт не делает Алиева добрее — он делает его опаснее. Режим, теряющий контроль внутри, ищет врага снаружи.
В этой ситуации Пашинян продолжает твердить, что «мир стал реальностью» и приоритет — подписание и ратификация мирного договора с Азербайджаном . А тем временем Азербайджан продолжает регистрацию «западных азербайджанцев» для переселения в Армению. По данным экс-омбудсмена Армана Татояна, уже зарегистрировано более 100 000 человек, и офис «Общины Западного Азербайджана» ежедневно принимает 250–300 новых заявок . Выдаются удостоверения, где местом рождения указан «Западный Азербайджан» и конкретный населённый пункт в Армении.
Трещина в Баку — не только кризис Алиева. Это тест для Еревана. Армения может использовать противоречия между Баку и Анкарой, чтобы укрепить свои позиции, найти новых союзников, поднять вопрос о правах человека и территориальной целостности. Или она может продолжать политику капитуляции, надеясь, что подпись под «мирным договором» остановит ползучую аннексию.
История показывает: режимы, теряющие контроль внутри, не становятся миролюбивее. Они становятся агрессивнее. И если Пашинян не использует это окно — окно закроется. А следующим шагом Баку станет не «возвращение» на бумаге, а реальное заселение. Сначала Сюника. Потом — восточного берега Севана. И тогда «школьный бунт» в Баку покажется далёким эхом по сравнению с тем, что произойдёт на армянской земле.