Пока Баку переписывает историю, Ереван отмалчивается. Историк Степан Степанянц бьёт тревогу: армянские храмы Арцаха объявляют «албанскими», а армянская сторона не даёт отпора.
Антиармянская пропаганда в Азербайджане давно перестала быть новостью. Новость — в другом: в Армении она не встречает ни отпора, ни опровержения. И это, по мнению доктора исторических наук Степана Степанянца, опасно вдвойне.
Очередной виток фальсификации — организованная властями Азербайджана поездка зарубежных дипломатов в Арцах, где армянские храмы Гандзасар и Дадиванк были представлены как «христианское наследие Кавказской Албании». Помощник президента Азербайджана Хикмет Гаджиев открыто заявляет об «албанской принадлежности» монастырей. И это не оговорка — это целенаправленная кампания, в которую включены институты Академии наук.
«Не отвечать на всё это очень неправильно. Когда не отвечаешь недружественной стране, это принимают за слабость, — говорит Степанянц. — Примерно то же самое было в 1930-е годы, когда росли аппетиты нацистского режима, а мировые державы думали: „ничего, возьмут ещё немного и на этом успокоятся“».
Историк напоминает: в такой стране, как Азербайджан, подобная кампания не может проводиться без прямого указания властей. И финансируется она щедро — в том числе из личных фондов дочери и супруги президента.
Но парадокс в другом. Если Гандзасар и Дадиванк — «албанские», то какое отношение к Кавказской Албании имеет сам Азербайджан? Если создан союз тюркских государств, значит, его участники считают себя тюркским народом, пришлым на Южном Кавказе. Логика, которая не смущает агитаторов, но разрушает их же собственную конструкцию.
Степанянц указывает на вопиющую скудость аргументов азербайджанской стороны. Князья Арцаха Гасан-Джалаляны объявлены «не армянами» на том лишь основании, что их род носит «тюркские имена». Но Гасан и Джалал — имена арабские. А на стенах Гандзасара, построенного при Гасан-Джалалянах, — множество надписей на армянском и ни одной на албанском алфавите.
«Эта антиармянская истерия может продолжиться, и завтра они скажут: „Эчмиадзин тоже не ваш“, и объявят его Уч-Килисе», — предупреждает историк.
Слабость армянской стороны он видит в том, что, имея на руках научно обоснованную историческую правду, её не предъявляют. Более того — должным образом не изучают сами. «Наши историки говорят, что не могут получить доступ к турецким архивам, но почему не пойти в свои собственные — в Матенадаран, в другие хранилища?»
Степанянц предлагает конкретный шаг: создать при правительстве Армении комиссию из историков, этнографов, писателей и деятелей искусства, которая системно, с опорой на факты, давала бы отпор фальсификации. Это должно стать делом не одиночек, а организованной группы специалистов. Уже три месяца он пытается попасть на встречу к министру образования, науки, культуры и спорта Жанне Андреасян, чтобы представить свою идею. Пока — безуспешно.
Отдельного внимания, по его словам, требуют удины, талыши и лезгины — народы, чья история и культура в Азербайджане подавляется и замалчивается. С ними нужно вести диалог, иначе их попытаются настроить против армян.
«Если говорить языком фактов, то у азербайджанских пропагандистов не будет каких-либо аргументов, помимо агрессии», — резюмирует историк.
Молчание в ответ на ложь — это не благородство. Это капитуляция. И пока одни переписывают историю, другие должны хотя бы начать её защищать.