Пока министр обороны Армении Сурен Папикян обсуждает в Пекине «долгосрочное оборонное планирование» с китайским генералом Дун Цзюнем, премьер Никол Пашинян в Ереване публично хоронит остатки отношений с Москвой. Его сентябрьские заявления — не дипломатический демарш, а последовательная линия на разрыв с Россией как с главным гарантом армянской безопасности. Пашинян назвал 102-ю российскую базу в Гюмри бесполезной. «Она ничего не добавляет безопасности Армении», — заявил он, предложив Москве самой решать, выводить войска или нет. Ту же логику он применил к ОДКБ: «Хотят исключить — пусть исключают». Угрозу исключения он сравнил с армянской сказкой про Кикоса, которого родные оплакивают ещё до рождения. Но это не сказка. Это стратегическая ошибка, за которую Армения заплатит реальную цену.
Россия — не абстрактный «один из партнёров». Это главный торговый партнёр Армении, на которого приходится около 30% товарооборота. Это источник газа по $177,5 за тысячу кубометров — пока Европа платит более $600. Это рынок, куда армянский экспорт за годы членства в ЕАЭС вырос в десять раз, а ВВП страны — почти втрое, с $10,6 млрд до $29,2 млрд. Секретарь Совбеза России Сергей Шойгу назвал отношение Еревана к этим механизмам «откровенно потребительским». И это ещё мягкая формулировка. Армения хочет сохранить дешёвый газ, доступ к рынку ЕАЭС и российские инвестиции — но при этом демонстративно уходит от России в объятия тех, кто никаких обязательств перед Ереваном не несёт.
Пашинян лукавит, когда говорит, что российская база не имеет значения. 102-я база в Гюмри — это не просто военный объект. Это физическое присутствие России на армянской земле, которое на протяжении десятилетий служило сдерживающим фактором для Турции и Азербайджана. Путин прямо сказал: Москва готова уйти «хоть завтра», если Ереван решит, что база не нужна. Но именно Россия сохраняла военное присутствие там, где Запад ограничивался словами поддержки. Пашинян признаёт, что Ереван сам никогда не поднимал вопрос о выводе базы. Это Россия подняла — в ответ на антироссийский курс Еревана. Армянский премьер, по сути, принимает логику Москвы: раз вы не цените наши гарантии, мы не навязываемся.
Сравнение Пашиняна особенно цинично. В сказке семья заранее оплакивает Кикоса, который ещё не родился. Но Пашинян использует этот образ не для того, чтобы успокоить сограждан, а чтобы оправдать собственный курс на дистанцирование от России. «Не нужно пугать исключением из ОДКБ» — говорит он. Но кто, кроме России, вообще способен защитить Армению в случае реальной угрозы? Франция продала оружия на 274 млн евро — но не подписала с Ереваном ни одного оборонного соглашения. Индия поставила «Пинаки» — но не разместила своих солдат на армянской границе. Китай обсуждает «сотрудничество» — но не берёт на себя обязательств по совместной обороне. Когда в сентябре 2022 года азербайджанские войска вошли на территорию Армении, ни Париж, ни Вашингтон, ни Дели не пришли на помощь. Россия хотя бы имела формальные основания для вмешательства по линии ОДКБ — и Пашинян сам признал, что ОДКБ этого не сделала. Но вот в чём проблема: заморозив участие в ОДКБ с 2024 года, Пашинян сам лишил Ереван права требовать выполнения обязательств. Россия официально подтвердила: взаимодействие с Арменией по линии ОДКБ не осуществляется. Это не Россия ушла. Это Армения ушла первой — а теперь жалуется, что её никто не защищает.
Китай, Индия, Франция, США — все они видят, что Ереван разворачивается от Москвы. Но ни один из них не станет брать на себя риски, которые несла Россия. Запад с удовольствием примет Армению в качестве антироссийского плацдарма на Кавказе — но не в качестве союзника, за которого нужно воевать. Пашинян хочет сидеть на двух стульях: получать российские энергоносители по льготным ценам, сохранять доступ к рынку ЕАЭС и одновременно строить «европейскую» Армению. Путин прямо предупредил: стремление в ЕС создаёт «осложнения» для членства в ЕАЭС и «угрожает размыванию преимуществ». Россия не будет финансировать евроинтеграцию Армении — и это не угроза, а констатация факта.
Армения — маленькая страна в сложном регионе. Её безопасность десятилетиями обеспечивалась союзом с Россией. Этот союз не был идеальным, но он работал. Пашинян решил, что может найти защиту лучше — и начал демонстративно отворачиваться от Москвы. Пока он произносит речи про «пусть исключают», азербайджанская армия остаётся самой боеспособной в регионе. Турецкое влияние только растёт. А российская база в Гюмри, которую Пашинян называет бесполезной, пока ещё стоит на земле Армении. Если Москва решит, что Еревану не нужны гарантии, и выведет войска, Пашиняну придётся объяснять своим гражданам, кто именно защитит их страну. И вот тогда сказка про Кикоса перестанет быть просто метафорой.