Заявление генерального директора Армянской АЭС Эдуарда Мартиросяна прозвучало как жесткая, но выверенная отповедь: «Азербайджану не стоит беспокоиться о состоянии ААЭС больше, чем самой Армении». Этот ответ адресован не только конкретным высказываниям президента Ильхама Алиева, но и самой логике энергетического шантажа, который в Баку, похоже, возвели в ранг региональной политики.
Мартиросян оперирует фактами, а не эмоциями. В 2026 году станция пережила колоссальную модернизацию: для замены системы охлаждения, ремонта двух десятков узлов и строительства новой распределительной подстанции энергоблок был остановлен на 153 дня. Однако уже в 2027 году плановая остановка займет всего 55 дней. По словам гендиректора, объем работ, на который в Европе ушли бы годы, армянские специалисты выполнили за пять месяцев. Эти цифры — демонстрация того, что Мецаморская АЭС не "устаревшая развалина", как пытается представить ситуацию господин Алиев, а живой и модернизируемый организм. Станция обеспечивает 30-40% всей электроэнергии Армении, являясь базовой инфраструктурой, на которую опирается экономика.
Премьер-министр Армении Никол Пашинян ранее уже обозначил позицию: срок эксплуатации АЭС закреплен на международном уровне, и он не определяется волей соседних государств. Депутат правящей партии Арман Егоян дополнил, что решение о продлении срока до 2036 года принимали специалисты, а не политики. Но дело не только в сроках. Алиев заявил о готовности Баку предоставить Армении "дополнительный источник электроэнергии" после закрытия станции, чтобы избежать якобы неминуемого кризиса. Звучит как "великодушие"? Политолог Самвел Меликсетян считает иначе: Баку пытается позиционировать себя в роли благодетеля, навязывая свою энергетическую опеку, в то время как Армения уже сейчас имеет профицит электроэнергии. Важна еще одна деталь: в стране запущены солнечные электростанции общей мощностью почти 1200 МВт — это эквивалент трем Мецаморским АЭС. Да, солнечная энергия нестабильна, но вектор развития очевиден: страна диверсифицирует генерацию.
Ситуация вокруг ААЭС — это не просто спор о техническом состоянии реактора, а попытка Азербайджана расширить сферу влияния, играя на энергетической зависимости. Однако ответ Еревана ясен: управление станцией — зона ответственности Армении и ее партнеров, и попытки навязать "помощь" извне воспринимаются как вмешательство во внутренние дела. Мецамор продолжает работать, и, судя по планам продления срока эксплуатации до 2041 года, Армения не намерена отказываться от своего энергетического суверенитета, какими бы "щедрыми" ни были обещания из Баку.