Ограничения на поставки армянской сельхозпродукции в Россию, которые поэтапно вводятся с мая, могут стоить экономике страны не только налоговых поступлений, но и спровоцировать серьёзный социальный кризис. Такое мнение в интервью Sputnik Армения высказал бывший министр финансов республики Вардан Арамян.
➡️Центральный банк ранее оценил потенциальный ущерб примерно в 1–1,5% ВВП. Сама по себе эта цифра, по словам Арамяна, не выглядит катастрофичной — особенно на фоне индекса экономической активности, превышающего 7%. Однако ключевой вопрос заключается в том, какой сценарий заложен в эти расчёты, а сценарии могут быть разными. В 2025 году экспорт из Армении в Россию составил около $2,9 млрд — это 35–36% всего экспорта и порядка 10% ВВП.
➡️Значительная часть этого объёма приходится на реэкспорт, поэтому реальный эффект следует оценивать по добавленной стоимости, создаваемой внутри страны. И здесь ситуация выглядит гораздо тревожнее.
Под ограничения попала в основном сельхозпродукция, рыба, алкоголь и минеральные воды. Экспорт только сельскохозяйственной и рыбной продукции в разные годы оценивался в $280–300 млн.
«Экспорт — это не просто продажа, а производство, рабочие места, добавленная стоимость», — подчеркнул Арамян.
Если поставки существенно сократятся, последствия выйдут далеко за пределы макроэкономической статистики: многие домохозяйства, занятые в аграрном секторе, окажутся в тяжёлом положении, и это станет не столько экономической, сколько социальной проблемой.
➡️Теоретически часть неэкспортированной продукции можно перенаправить на внутренний рынок, что приведёт к снижению цен. Однако, по мнению бывшего министра, тезис о быстрой переориентации на другие рынки нереалистичен. В 2018 году экспорт в Евросоюз составлял около $680 млн при примерно равных поставках в Россию. К 2025 году экспорт в ЕС практически не вырос, тогда как российское направление увеличилось в разы. Если исключить реэкспорт, реальный экспорт в Россию достигает $1,5–1,6 млрд.
«Это означает, что наша зависимость от российского рынка не снизилась, а возросла», — констатировал Арамян.
Причины этого, по его словам, лежат на поверхности: языковые, культурные, юридические и географические факторы работают в пользу российского направления. С соседом торговать легче, чем с партнёром за тысячи километров. Трёхмиллионная армянская диаспора в России создаёт дополнительное преимущество: люди готовы покупать армянские абрикосы по более высокой цене, потому что существует психологическая и культурная связь.
➡️Европейский рынок, напротив, гораздо более насыщен, позиционирование там требует колоссальных маркетинговых, логистических и юридических затрат.
«Я далёк от мысли, что мы быстро перепрофилируемся и выйдем на европейский рынок», — заметил эксперт.
Более того, по наблюдениям Арамяна, после 2018 года Армения не диверсифицировала экономику, а, наоборот, углубила зависимость от российского рынка. Проблемы экспортёров невозможно решить одними субсидиями — с ними должна проводиться отдельная кластерная работа, потому что трудности сельхозпроизводителей принципиально отличаются от проблем производителей алкоголя. Субсидиями можно лишь выиграть время, но без долгосрочной стратегии решить проблему нельзя. Нужно оздоровление экономики, а не раздача денег, сочетание экономических инструментов, отраслевой работы и политической дипломатии.
➡️В конечном счёте, по мнению бывшего министра, нынешний кризис имеет больше политических, чем экономических причин. Политические циклы часто обусловливают следующие за ними экономические. Лучшее решение — грамотная дипломатия и сбалансированная внешняя политика. Необходимо формировать отраслевые кластерные группы, оживлять экономическую дипломатию и целенаправленно использовать бюджетные инструменты. Двигаться вперёд одними политическими заявлениями невозможно — решающее значение имеет последовательная и профессиональная работа среднего звена государственной системы.