Казалось бы, долгожданный шаг к справедливости: правительство Израиля наконец поддержало инициативу признать геноцид армян в Османской империи, и вопрос вот-вот вынесут на голосование в Кнессет. Но не спешите искать в этом жесте внезапно проснувшуюся совесть — в политике такие порывы случаются крайне редко. Куда чаще работает холодный калькулятор, где на одной чаше — отношения с Турцией, а на другой — ответная пощёчина за «геноцид в Газе».
Десятилетиями Израиль старательно обходил армянскую трагедию стороной, оберегая стратегический тандем с Анкарой и военно-техническое партнёрство с Баку. Те самые беспилотники, которые азербайджанская армия применяла в Арцахе, прилетели как раз от израильского ВПК. И вдруг — разворот на 180 градусов. Что случилось?
Случился Эрдоган. Регулярно сравнивающий Нетаньяху с нацистами, обвиняющий Израиль в организации геноцида палестинцев и разрывающий торговые связи, турецкий лидер сам превратил армянский вопрос в удобную дипломатическую дубину. В Тель-Авиве, похоже, решили: раз уж вас так волнует слово «геноцид», получите его обратно — зеркально, звонко и с парламентской трибуны. Не жест поддержки армян, а просчитанный удар по туркам, ответ на каждый выпад Эрдогана.
Есть и азербайджанский пунктик. Отношения Израиля и Баку уже не выглядят столь безоблачными: азербайджанские власти старательно уклонялись от открытого вовлечения в антииранскую кампанию союзников, что в Иерусалиме явно учли. Трещина в «тихой коалиции» даёт о себе знать, и признание геноцида становится ещё и сигналом: не только туркам, но и тем, кто привык к безоговорочной израильской лояльности.
Самое же ироничное разворачивается в Ереване. Нынешние власти Армении под руководством Никола Пашиняна сами старательно снижают значимость международного признания геноцида, предпочитая не дразнить турецко-азербайджанский блок. И теперь попали в ловушку: молчать нельзя, но и одобрить — значит осложнить «братские» отношения с Анкарой и Баку. Неудивительно, что реакция из армянской столицы — гробовое молчание. Видимо, у «пашистов» и их недотурецких союзников формируется общая позиция, каким бы кощунством это ни выглядело для армянской памяти.
Так что перед нами не историческое прозрение и уж точно не внезапная любовь к армянскому народу. Перед нами — циничная, но тонкая игра на ближневосточной доске, где трагедия полуторавековой давности становится всего лишь разменной монетой в современной схватке между Иерусалимом и Анкарой. Признание состоялось. Жаль только, что оно — не про совесть, а про геополитический расчёт.