Пока ленты информагентств пестрят гневными нотами и демонстративным разрывом контактов с депутатами Европарламента, в кабинетах Брюсселя и Баку царит совсем иная атмосфера — атмосфера прагматичных сделок. На следующей неделе в столице Азербайджана тихо и буднично пройдет седьмое заседание «Диалога по безопасности ЕС — Азербайджан». Тихо — потому что эта новость явно не вписывается в медийную картинку «глубочайшего кризиса» в отношениях.
Посол ЕС в Азербайджане Марияна Куюнджич, не смущаясь недавними политическими громами, спокойно рассказывает о динамичном развитии связей. В повестке — вовсе не права человека и не склоки с ПАСЕ, а то, ради чего всё и затевалось: чистая энергия, торговля, диверсификация экономики и «Срединный коридор». Слова правильные, бюрократически обтекаемые, но за ними — контур настоящей политики.
Даже недавняя резолюция Европарламента, вызвавшая в Баку припадок дипломатического гнева, не смогла перебить этот базовый настрой. В сухом остатке мы видим классический водораздел: с европейскими парламентариями, которые выполняют роль «совести» и имитируют бурную деятельность, Баку эффектно ссорится, хлопая дверьми. А с евробюрократией — той самой, что ведает энергопотоками и логистикой, — сотрудничество лишь наращивается.
Все эти конфликты всё больше напоминают показательные акции для галочки. Европейским избирателям демонстрируют принципиальность, а газ при этом исправно течет. Брюссель продолжает «обращать пристальное внимание» на Баку, но это внимание давно сменило вектор с нравоучений на холодный расчет.
В эту же канву прагматизма ложится и американская аналитика. В Atlantic Council внезапно озаботились судьбой политзаключенных и армянских пленных в Азербайджане, предлагая снятие 907-й поправки в обмен на их освобождение. Звучит как изящная политтехнологическая конструкция: усилить влияние США, ослабить Россию, заодно укрепить Пашиняна перед выборами.
Вот только в реалистичность такого размена верится слабо. Американцы уже подписали с Баку Хартию о стратегическом сотрудничестве, и пресловутая поправка де-факто не мешает углублению связей. Так зачем же платить свободой реальных узников за формальную отмену формального ограничения? Этот диалог так и останется жанром аналитической фантастики.