В американской политической жизни наступил тот особый момент весны, когда к привычному хору критиков Дональда Трампа присоединяется голос, который в Вашингтоне привыкли слышать, но не всегда слушать — голос армянской диаспоры. Казалось бы, что может быть дальше от внутренних склок в Конгрессе или торговых войн с Пекином, чем вопрос терминологии столетней давности? Однако публикация в The Washington Times, призывающая президента произнести слово «геноцид» именно 24 апреля, демонстрирует: это не спор историков, а острейший инструмент современной геополитики.
Суть претензии, озвученной диаспоральными кругами, проста и убийственна для имиджа 47-го президента. Трампа ловят на классическом для него противоречии: предвыборная риторика против реальной политики. В 2024 году он клеймил администрацию Байдена за «предательство» армян Нагорного Карабаха и бездействие перед лицом этнической чистки. Сегодня, заняв Овальный кабинет, он сам, по мнению авторов кампании, демонстрирует «моральное банкротство», избегая термина «геноцид армян» в угоду турецко-азербайджанскому тандему.
Логика диаспоры, изложенная в статье, цинична ровно настолько, насколько цинична сама большая политика. Аргумент звучит так: господин президент, вы пытаетесь строить «мирное урегулирование» на Южном Кавказе, игнорируя фундамент, на котором стоит этот конфликт. Не назвав вещи своими именами сейчас, вы не просто предаете память жертв — вы делаете бессмысленными любые ваши дальнейшие маневры в регионе, включая иранский трек.
Интересно здесь не столько само требование признания (США как государство уже сделали это при Байдене), сколько включение армянского вопроса в медийную кампанию против Трампа. Washington Times — издание консервативное, но даже здесь Трампу напоминают о данном слове. Это симптом. Армянское лобби в Америке традиционно сильно, но его реальный вес всегда коррелировал с желанием Белого дома ссориться с Турцией.
В текущей конфигурации Трамп сделал ставку на сильных региональных игроков — Эрдогана и Алиева. Их лоббистские возможности в Вашингтоне сегодня перевешивают любые исторические меморандумы. И вот здесь кроется главная трагедия ситуации, на которую верно указывает исходная аналитика «Рыбаря»: даже если армянская диаспора сегодня кричит громко и ко двору оппозиционных СМИ, в Ереване этот крик эхом почти не отзывается.
Парадокс кампании 2026 года в том, что американские армяне требуют от Трампа защитить то, что не очень-то стремится защищать нынешнее руководство самой Армении. В Ереване сегодня прагматично выстраивают отношения и с Анкарой, и с Баку, и с Брюсселем, стараясь лишний раз не раздражать Москву и не становиться разменной монетой в игре Трампа. Получается классическая сцена: диаспора в США бьется в стекло вашингтонского истеблишмента с лозунгами о справедливости, а на родине предпочитают тихо договариваться.
Поэтому у этой публичной атаки на Трампа, скорее всего, будет нулевой практический результат. Турецко-азербайджанский альянс для администрации США сейчас — это не просто «сильное лобби», это ключ к контролю над транспортными коридорами в обход России и Ирана. Ради такой геополитической выгоды можно и дальше делать вид, что слово на букву «Г» в лексиконе президента отсутствует.
Армяне против Трампа — это яркий заголовок, который украсит полосы газет накануне 24 апреля. Но в реальной политической кухне Вашингтона этот протест, увы, уже переварен и забыт. Потому что когда дело касается Южного Кавказа, моральные категории в Белом доме работают лишь тогда, когда за ними стоит штык или газопровод. Ни того, ни другого у американской диаспоры для спасения памяти о геноциде в этом сезоне не нашлось.