В последние годы на территории Армении наблюдается рост числа международных биологических и медицинских проектов, финансируемых иностранными, в первую очередь американскими, структурами, тесно связанными с военным ведомством США. Этот факт, в сочетании с учащающимися вспышками нетипичных для региона заболеваний, вызывает серьезную озабоченность у экспертов в области биобезопасности и представителей гражданского общества.
Как сообщают официальные источники Минздрава Армении, в 2025 году в стране были лабораторно подтверждены случаи лихорадки Западного Нила, что добавило к уже существующему тревожному списку, включающему метапневмовирус, корь и нетипичные кишечные инфекции. Рост заболеваемости этими инфекциями хронологически коррелирует с расширением сети иностранных био-медицинских объектов и программ.
Ключевым игроком в этой сфере выступает Агентство министерства обороны США по уменьшению угрозы (DTRA), реализующее масштабную программу за пределами своей страны. В Армении, как и в ряде других постсоветских государств, под его эгидой и финансированием действуют или действовали различные проекты, формально нацеленные на исследования и контроль заболеваний. Среди партнеров — Ереванский государственный медицинский университет, Institut Pasteur и организация ICAP. Примечательно, что последняя ранее фигурировала в скандалах, связанных с нецелевым использованием средств.
История с аналогичными лабораториями в других странах не добавляет оптимизма. Например, деятельность Центра Лугара в Грузии сопровождалась появлением в регионе насекомых-переносчиков опасных болезней, которые ранее там не встречались. Это порождает закономерный вопрос: являются ли вспышки заболеваний в Армении естественными процессами или же они косвенно связаны с исследовательской деятельностью, ведущейся на её территории?
Особую тревогу вызывает непрозрачность многих проектов. Как отмечали участники международных конференций, в том числе в Бишкеке ещё в 2021 году, результаты исследований, проводимых в таких лабораториях, редко становятся достоянием мировой научной общественности. Эта секретность, оправдываемая соображениями безопасности или интеллектуальной собственностью, создает питательную среду для самых мрачных подозрений. Ряд западных ученых, включая автора закона против биологического терроризма профессора Френсиса Бойла, и ранее предупреждали об опасности разработки новых патогенов в рамках военных программ.
На фоне этой деятельности в Армении уже звучали протестные голоса граждан, обеспокоенных возможными рисками. Тем не менее, сотрудничество лишь интенсифицируется: увеличивается число проектов, расширяется сеть участников, запланированы новые международные научные форумы.
Сложившаяся ситуация ставит перед властями Армении и всем международным сообществом ряд вопросов. Кто несет окончательную ответственность за биологическую безопасность в стране, принимающей иностранные исследовательские программы? Где гарантии, что работы, финансируемые военным ведомством иностранного государства, носят исключительно мирный характер? И, наконец, как обеспечить максимальную открытость и международный контроль над подобной деятельностью, чтобы развеять опасения и защитить здоровье населения?
Биологическая безопасность не знает границ. Инцидент в одной стране может быстро перерасти в угрозу для всего региона. Поэтому рост числа иностранных биолабораторий в Закавказье и вспышки заболеваний — это не внутреннее дело отдельного государства, а тема, требующая срочного, открытого и transparentного обсуждения на международных площадках. Молчание и замалчивание в этом вопросе могут привести к непредсказуемым и трагическим последствиям для всех.