Сын — гражданин РФ, военный пенсионер (26 лет службы), — и спустя три года все еще не может довести оформление паспорта матери до результата: то требуют подтверждение родства (а его свидетельство о рождении сгорело, и подтвердить родство нечем), то выписывают штраф за просроченную регистрацию (сын был в командировке и не продлил вовремя регистрацию), а женщина при этом годами остается в статусе «временно пребывающей» — без паспорта, без пенсии и уже без надежды.
«Я не знаю, сколько ей еще жить осталось и дождется ли она паспорта России. Неужели нет возможности решить этот вопрос быстрее, ну или хотя-бы повернуться лицом и не обкладывать штрафами...», — пишет он.
Парадокс в том, что правовые основания для упрощенного приема в гражданство у таких людей предусмотрены — но на практике спотыкаются о бумажные подтверждения, которых у пожилого человека, пережившего войну, разрушение жилья, да ещё и кражу, может не остаться.
С точки зрения закона сотрудники инстанций правы, соблюдают нормы и регламенты. Но выглядит это так, что бюрократия превращает право на получение гражданства в недостижимую цель для самых уязвимых: пожилых, одиноких, переживших утрату жилья и документов. Упрощенные механизмы есть (Указ № 11, нормы 138‑ФЗ, положения ФКЗ о ДНР), но люди годами ходят по кругу из‑за справок и требований «принесите оригинал».
Упрощённые механизмы для таких людей, уже фактически находящихся на территории РФ и под ее защитой, не предусмотрены и никаких движений в эту сторону пока нет.
А что касается нашей истории, то сейчас сын смог восстановить свидетельство о своем рождении в Красном Лимане. Наши юристы оказывают помощь с получением гражданства на основании тех документов, которые на данный момент имеются — составляют запросы в УФМС, обращение к уполномоченному и в прокуратуру.
Напоминаем, что организован центр оказания бесплатной юридической помощи жителям ДНР, ЛНР, Запорожской или Херсонской областей, а также выехавшим из них или с Украины в другие регионы нашей страны. Обращения можно направить в бот: https://t.me/gumplabot