В июне я разбирал статью Е.О. Труфановой. Её основную мысль можно пересказать так: ИИ обладает ровно той степенью субъектности, которую мы ему приписываем, а одна из причин этой ошибки кроется в "языковой ловушке" антропоморфизма. Сегодня о том, кто и как приписывает ИИ человеческие черты в образовании.
Сэм Кларк (York St John University, Великобритания) взял пять ИИ-продуктов для учителей. Один государственный: это Aila от Oak National Academy, на который Министерство образования Англии выделило 2 млн фунтов. Четыре частных: MagicSchoolAI, Khanmigo, CoSchool и CENTURY.
🤍 Как он измерял. Тексты с сайтов Кларк прогнал через инструмент AnthroScore. Инструмент закрывает в предложении название продукта и просит языковую модель угадать, какое местоимение подошло бы на это место: "он/она" или "оно". Ноль означает, что оба варианта равновероятны. Единица означает, что "человеческое" местоимение вероятнее примерно в 2,7 раза. Отрицательный балл получается, когда о продукте пишут как о вещи.
🤍 Обо всех пяти продуктах пишут как о людях. Баллы получились от 1,74 у Aila до 6,24 у Khanmigo, который называет себя "всегда доступным коучем по письму". Даже самый низкий результат выше единицы: и государственный сайт говорит о программе скорее как о человеке.
🤍 Так говорит и государство. Aila на сайте Oak назван "ассистентом", и министерство этот продукт одобрило. По мнению автора, здесь виден более широкий сдвиг: технологию всё реже считают инструментом, которым пользуются люди, и всё чаще самостоятельным участником обмена информацией.
🤍 Это действует и на учителей. Кларк задал 155 педагогам один вопрос: если ИИ описан словами "helper" или "assistant", станете ли вы с большей вероятностью его пробовать? "Скорее да" ответили 103 человека (67%), "скорее нет" 15, "не повлияет" 37. Опрос измеряет готовность попробовать продукт. Что происходит с работой учителя потом, по нему судить нельзя.
🤍 Цена такой подачи: завышенные ожидания. Автор считает, что "человеческие" слова поддерживают миф о замене учителя. Своих данных об этом у него нет, он опирается на чужие исследования роботов и диалоговых систем. От разработчиков и министерства он требует прямо говорить, что ИИ умеет и чего не умеет.
🤍 Главное, что можно выделить для темы моего исследования - агентность учителя. Кларк понимает её как способность выносить профессиональное суждение там, где решения всё сильнее определяет ИИ. Рамка "ИИ-соработника", по его словам, действует в две стороны. Она обещает совместное производство знания человеком и машиной и при этом подрывает агентность учителя:
опасность в коммуникационных стратегиях, которые преувеличивают роль ИИ как соработника: они рискуют приучить учителей полагаться на выводы машины вместо критического педагогического суждения.
🤍 Что предлагает Кларк. Перестать "очеловечивать" ИИ и описывать его как "диалогического партнёра", участника системы, в которой думают и люди, и машины (здесь он ссылается на М. Шарплса и Л. Сёренсена). Кларк называет это "со-агентностью", но определения этому слову не даёт.
🤍 Мой вывод
Статья показывает, что агентность ИИ конструирует не только пользователь, с которым он взаимодействует. Маркетинг и государственная политика предлагают её уже в готов виде. К цифрам я бы относился осторожно: баллы AnthroScore в статье даны по отдельным фразам с сайтов, так что это иллюстрация, а не рейтинг компаний. И остаётся вопрос, где граница между антропоморфизмом, который Кларк критикует, и "со-агентностью", которую он предлагает. "Диалогический партнёр" тоже роль, приписанная машине. Любопытно провести аналогичное исследование для отечественных сервисов.
🤍 Clarke S. Oak National Academy’s Aila, Education AI Companies and the Anthropomorphising of AI // British Journal of Educational Studies. 2026. Vol. 74, no. 3. P. 401–429. DOI: 10.1080/00071005.2026.2625702
#субъектность #агентность #антропоморфизм #ИИ #образование
