Цигун в полевых условиях - продолжение.
Алтай, степь, юрта. Раннее утро. Я в кромешной темноте не нашла фонарик, пришлось одеваться на ощупь. Запутавшись в тяжелом пологе из ковра, служивший дверью юрты, я вырвалась наружу, где меня приняла в свои объятия оглушаюшая тишина степи. Я подняла голову вверх и темная бездна ночи обрушила на меня миллиард мерцающих звезд. В Дагестане, коза, увидев меня задумчиво уткнулась своей головой и долго стояла замерев вместе со мной, затем пожевав мою кофту, ушла в туманное утро, позвякивая колокольчиком.
Теперь уже просторы Тихого океана. Яхта. Стоять на палубе не представлялось возможным, приходилось практиковать сидя. Одев на себя все, что было в наличии, я поднималась тихонько на палубу, укутывалась в одеяло и слушала океан, который вместе со мной качался на волнах цигуна.
Конечно же самая продуктивная практика это в привычно-комфортной обстановке дома. Но я считаю бесценным даром, умение практиковать в любых условиях. Даже на высоте 4000 метров. Нет, не на горной вершине с красивым видом, а в комнате непальского гест-хауса, которая скорее была похожа на каменный мешок с маленьким окном в соседнюю стену. И не смотря на замкнутость пространства, со мной случился удивительный опыт полета. В результате которого я стала предполагать, что миф о левитирующих монахах имеет право на жизнь. А вот практика под проливным дождем и раскатами грома на берегу Черного моря, была не очень правильным опытом. Цигун и молнии не совмещаются. И еще один экстрим с берегов Байкала - стоя неподвижно в столбе, слушать комара, который уютно устроившись на щеке медленно делает прокол от которого волнами сотрясается эфирное тело и табун мурашек бежит по коже, как ответ на несанкционированное проникновение. А чуть позже ощущать, как тяжело комар отталкивается от твоего тела на взлете, словно груженный бомбардировщик до краев наполненный кровью, моей кровью. Экстрим все таки стоит избегать и это тоже опыт.
Я открываю свой летний полевой сезон. И как же здорово встречать солнце стоя в столбе, не опасаясь замерзнуть, впитывать его яркость сквозь закрытые веки. Слушать полет насекомых, которые летят по своим делам, не обращая внимание на твое неподвижное тело. И по вибрациям жужжания понимать их траекторию движения и размер, при этом не опираясь на зрительный канал, а только слух и еще неведомые мне
возможности тела, как инструмент познания пространства.
Египет, Мустанг, Кисловодск, Архангельск уже остались за спиной, а впереди как всегда Байкал, Ладожские шхеры, Алтай и еще пару точек в разработке. Жизнь идет своим чередом.
На видео - Архангельская область.