PRNRP

Если вы думали, что на московских фестах только тусуются под инди, то нет — здесь еще разговаривают. Например, про музыку в эпоху ИИ

На прошедшем ИМИ.Фесте были не только лайв-выступления, но и лайв-обсуждения. Естественно, говорили и про то, что сегодня волнует каждого — нейронки и их влияние на нас. Суть разговора была в том, как должен работать честный музыкальный стриминг в новых условиях.

На примере Spotify мы знаем, что в глобальной музыкальной индустрии уже ведется детекция ИИ-музыки, сам Спотик почистил 75 миллионов треков, которые назвали «ИИ-слопом», и внедрил отметки об использовании нейросетей в треках.

В России этим уже занимается Яндекс Музыка. Ребята ввели разметку ИИ-треков, создали свою систему детекции и дали слушателям возможность самим выбирать, хотят они слушать ИИ-бэнгеры или предпочитают старого доброго Джона Гарика.

В любом случае, взаимодействие с ИИ-контентом становится прозрачным. Хотите экспериментировать над своей музыкой, применяя нейронки? Пожалуйста. Но раскройте информацию об этом и позвольте слушателям решать самим.

На фото Ксения Болецкая, директор по взаимодействию с индустрией из Яндекса, юрист Александр Гудков, глава A&R S&P Digital Денис Глазин и основатель SFEROOM Владислав Янковский делятся мнением о «Седой ночи» Канье.

6 хайлайтов ИМИ.Феста 2026

Закончился трехдневный движ независимой музыки, который вытянули на своих плечах ребята из ИМИ. Я там был и пил коктейль Альфа Кристалл, с которым меня не пустили в клуб Березка. Вот, что впечатлило больше всего:

1. Это точно самый масштабный фест Москвы для комфортиков: 10 площадок, больше 70 артистов — и толпы на каждой точке. Крупнейшее собрание слушателей российского инди в новейшей истории.

2. Гребля в стиле фанатов сборной Норвегии на якутксой блэкухе — такое ожидаешь увидеть на каком-нибудь болотном фесте под Выборгом, а не на самой модной площадке Москвы. Был приятно поражен!

3. Первый лайв old honda & selfish, которые признались, что профессионально занимаются фигурным катанием, а музыка — просто хобби!

4. Шикарная армянская красотка Диана Паташян в лаунж-зоне ДК Кристалла (кто позвал?).

5. Психоделический перформанс Оркестра Черного Вигвама в ритуальных масках.

6. Дебют сольного проекта Сергея Аполлонова (тот самый режик концертов Хаски) на сцене Места Зангези.

Но главное впечатление — это количество москвичей, которые пришли в не самые теплые осенние вечера на не самые известные группы. Спасибо ИМИ за веру в маленьких людей!

С русскоязычной музыкой творится какая-то дичь. С одной стороны, последние годы было жарко: если вы читали меня в 2024-2025, то сами знаете про новые имена и релизы, поменявшие игру. А вот 2026-й пока что вообще мимо кассы. Спрашиваешь знакомых «че послушать» — они пожимают плечами. А некоторые вообще перестали следить. И, если честно, понять их можно.

При этом есть ребята из ИМИ, мои давние друзья, которые в этих условиях замутили большой фестиваль с новой музыкой. Они отслушали 2000 заявок, выбрали 70 с лишним имен и покажут этих ребят на десятке площадок на следующей неделе. Артем, куратор ИМИ.Феста, попросил меня заценить артистов, которые там выступят. И там реально есть, что послушать. Хочу рассказать, на кого собираюсь пойти:

old honda & selfish — самые заметные ребята из списка лично для меня, вы наверняка натыкались на их песню куколдмьюзик

xvostik — женская электорника с кайфовым дрим-вокалом, что-то на стыке Soft Blade и мс улыбочки. В лайве должно быть движово

Жарок — ну это легенды странного инди, песня про Тойоту навсегда в моем списке лучших в этом десятилетии

Все эти ребята, кстати, играют на сцене клуба Березка (бывший Шизич, культовое место). Ну и нельзя не сказать про катю милтей (сняла меня с молодым калугой в своем клипе) и режиссера концертов Хаски, который впервые выступит с сольным проектом.

А еще классно, что такие разные площадки: ДК Кристалл, Фабула, IF, Зангези и даже Китайский летчик Джао Да (место времен молодости моих родителей).

Короче, намечается штучный фест, хочется пожелать ребятам удачи, чтоб все прошло офигенно.

Приходите обязательно, подробности и билеты тут.

Один из уморительных сюжетов последних дней — коммуникация между оргами концерта Канье и Газпром-ареной. Причем даже не сам обмен сообщениями в тг-каналах сомнительной официальности, а их стиль.

Пока сммщик стадиона, видимо чей-то племянник или любовница, хуячит узнаваемым слогом поддержки наркошопа (смесь официоза с бычкой), агентство-организатор отвечает контрагенту (и сотне тысяч человек, купивших билеты) буквально с дивана, записывая 100500 похмельных кружков прямо в канал под внушительной вывеской SAY AGENCY: Exclusive insider.

Хз, может я один думаю, что привоз Канье в Россию-2026 это дело уровня дипломатической службы, и людям, которые этим занимаются, стоит изобразить серьезность и хотя бы принять вертикальное положение, прежде чем выходить с «официальным обращением» к аудитории, которая уже неделю, мягко говоря, недоумевает по поводу отмены концерта и возврата денег за билеты (многие из которых куплены за 20 / 30 / 50 и более тыщ рублей).

А пока от всей этой истории ощущение, что какие-то некомпетентные, но наглые и фартовые ребята хорошо нагрели руки на недобитых мечтателях, которые остаются в России и наивно думают, что тут будет норм жизнь. Буду рад ошибаться! (тем более, что билеты тоже купил)

Продуктовый магаз как часть районного мифа

Последние годы продуктовые сети активно флиртуют с поп-культурой. «Ужин колдуна» в Пятерке, Бульвар Депо в Перике, мерч по мотивам «Брата» в Дикси. Пять лет назад магазины еды не пытались дружить с кем-то, кроме пенсионеров. Теперь эти пространства превращаются в площадки культурного диалога похлеще ГЭС-2.

Обычно, правда, получается кринж. Но у Славы Мэрлоу и Сир Сойлока вышло иначе. Внезапно Дикси дал челам свободу реализовать довольно странные и глубокие идеи.

Ведь если вдуматься, твой местный продуктовый — такая же точка районного притяжения, как любимый сквер, скамейка, трамвай. Легитимная часть районного мифотопоса, который всегда питал рэп. Рэпперы говорят о ментовках, заводах и трэп-хатах, почему не рассказать о продуктовой точке? Так что когда Сир Сойлок (креативный продюсер видео) читает: «Когда всё получится, я останусь собой. Я так же буду ходить в Дикси и светить на район» — это, конечно, вызывает улыбку, но добрую и понимающую. Это не панк-обед, придуманный циничным маркетологом, а что-то, как мне кажется, большее. Потому что эстетика Дикси органично вписана во вселенную музыкантов.

Магазин в клипе представлен как пространство свободы, игры и безопасности. В мире, где даже базовые потребности оказались под вопросом, стабильная точка дропа еды может стать символом покоя и надежды. Когда ты выползаешь из панельки в недрах заметенного снегом района и идешь на этот оранжевый свет, как на маяк, напоминающий, что мир по-прежнему существует. Через эстетику фотобанков, белый фон, стоковые композиции и киберкор ребята передали чувство спокойного оптимизма, который пробивается сквозь тьму.

Магнит или Дикси также вездесущи, как Озон и ВБ. Это мета-бренды, чья архитектура и дизайн влияют на облик нашего мира, на коммуникацию, быт. И когда продуктовая сеть шагает навстречу авангардной эстетике — это ощущается социальным просветом, будто к ржавой забычкованной остановке бесшумно подплыл новенький электробус. Так что ребята сделали истинно социальную рекламу. Про мир, где по-прежнему есть район, улица, и продуктовая точка на ней. Мир, в котором остается точка опоры.

Как дела в качалке, пацаны? Lil Kavkaz и Макси Грин стали новыми амбассадорами Winline

Об этом объявили на паблик-токе, где вместе с Kiza (о ней писал тут) и Дмитрием Миловзоровым из GAZ и VK Records говорили о том, как молодому артисту искать свою аудиторию, продвигаться и превращать первый успех в устойчивую карьеру.

Порадуемся за парней!

Канье в Москве — иллюзия контакта

Российский телеграм гудел, как улей, возбудившись приездом величайшего артиста современности Канье Уэста в столицу России. Все пытались понять, как к этому относится, и что это значит. Но понимание ускользало — как сам Канье ускользал из объективов камер, на снимках оставаясь расплывчатым пятном в низком разрешении. Увы, никто не мог понять самого Канье — все видели в нем лишь собственное отражение. Модные школьники — своего кумира. Нерукопожатный журнал «Москвичка» — преодоление культуры отмены. Александр Дугин — воплощение западного традиционализма. Либералы — антисемита и мизогина.

И все они оказались не правы, потому что исходили из ложной посылки, что у Канье и современной России может быть что-то общее. Любовь к музыке и моде. Борьба с либеральным истеблишментом. Продвижение толерантности и равноправия. Все эти предлоги для взаимодействия искусственно выдуманы теми, кто так жаждал контакта. Контакта, который был невозможен изначально.

Только одна группа людей смогла правильно интерпретировать приезд Канье. Войти в контакт, пусть и с небольшим опозданием. Только эти люди правильно поняли контекст и сделали безошибочный вывод.

Это были профессиональные доносчики, которые поняли, чем является Канье Уэст на самом деле. Он является материалом для доноса.

В 99% случаев я теряю интерес к тексту, видосу, треку, когда понимаю, что «это AI». Есть исключения, когда генерация — часть остроумной концепции. Но потреблять слоп никакого желания нет. В то же время замечаю, что люди постарше не считывают нейрослоп там, где он для меня очевиден. А порой я и сам вижу гпт-след там, где его, возможно, нет. И подчас не могу отличить сгенерированный текст от человеческого. Это фрустрирует.

Идея маркировать ИИ-контент у Яндекс Музыки — верная. Если брать 100% ИИ-треков — большая их часть будет неприемлемо плоха. Что справедливо для любых треков вообще. Но производство нейроконтента идет небывалыми темпами. Среди них есть интересные вещи, но большая часть выходит на потоке. И конечно его нужно маркировать.

Лично я думаю, что если ИИ-трек не похож на работу нейронки, не так важно, как он сделан. Если мы не считываем нейронку, то музыкант хорошо поработал, следовательно, даже если он пользовался ИИ-инструментами — этот трек создан волей и талантом человека. А вот если следы нейронки заметны — это либо часть концепции, либо работа, в которой большая часть решений принималась алгоритмом. И такие вещи нужно выделять.

Учить людей отличать живую вещь от мертвого слопа — очень важно. Иначе скоро мы окажемся в мире, где стандарты не только музыки, но и любого контента, рухнут драматически.

Наблюдать за тем, что стало с нашим Окси, больно.

Финальный босс Дудя, он может с ноги залететь к главному интервьюеру и ответить на проклятые русские вопросы — просто не хочет. Есть вещи поважнее. Стадионные туры. Лайфстайл поэта. Борьба с режимом и постмодерном. Это было когда-то.

Теперь Мирон говорит сам с собой — и темы весьма актуальны. Что ел на завтрак, как выспаться в туре. А нет, вот безымянный оператор углубляет (и это не вырезали): «Что ты сейчас ищещь в жизни?». В ответ Окси нагоняет тумана и добавляет, что делится «такими прямо личными штуками». Ох уж эта маркетинговая обязаловка, но ладно, отрываю от сердца откровение. Но и «откровеннному» Окси сообщить миру совершенно нечего. «Я поел».

На сцене — оболочка рэппера Oxxxymiron. Артист на работе: дает концерт, подставляется объективу. В интервью — интеллигетный чел, с которым можно поговорить ну...о подворотах на джинсах. Вот он сидит в футболочке Акне, причесанный, глаженный — рандомный мужик с тусовки Антиглянца.

Эта будничная пустота во взгляде, в посыле, в стиле. Концерты Мирона на видео выглядят как корпораты Сбера: бородатые прогеры слэмятся под «пососи мой хуй» (этот трек сделал мир худшим местом для жизни) пока мертвенно трезвый Окс скачет по стерильной пустой сцене. Мерещатся ему, может, тени токсичного Шокка, прагматичного Мамая, преданного Рудбоя. Нет никого, даже придурковатого Порчи за диджейкой. Треки переключает бельгийский звукарь, а завтра будет польский. Сводит их тоже какой-то там звукарь. В них какие-то слова пишет вроде бы еще Оксимирон.

Так пусто было не всегда, индивидуалист Окси не был одиночкой. Окружал себя объединениями, конфликтами и контекстами. Хип-хоп — коммунальный жанр, его не пройти в single player. Его вообще не пройти — только сдохнуть, когда все песни будут спеты. И вот пустота эмиграции, рутины и достатка. Есть друг и он плохо говорит по-русски. Есть концерты и на них какие-то люди. Борьба с русским рэпом? Пройдено. Политика? Потрачено. Сытый и натужно жовиальный Оксимирон с последнего альбома — ну, наверное понравился его девушке.

Мечтают ли россияне о Кишинёве?

Электроовцы, электропастухи, электромудаки (с) Саша Скул

Мир телеграм-россиянина, где бы он ни был — в России или за кордоном, — разбился обломками сказочного зеркальца: «здесь» и «там». На вопрос «где ж лучше» большинство из нас ответит как настоящие русские, по-грибоедовски. Релоканты тоскуют по берёзкам, заедая кашинский стрим хачапури/хамоном/хумусом. Локанты мозолят инсталенту с трёх VPN, матерят шенгенских консулов и, задувая свечки на торте, видят перед собой Эйфелеву башню. Нам чудится волшебный мир за окошком КПП, по ту сторону экрана — где только и есть настоящая, потусторонняя жизнь.

Вот, например, зеркальце транслирует: Кирилл Бледный на афтепати в Кишинёве поёт «Еду в магазин Гуччи в Санкт-Петербурге».

Раньше знакомые ловили путёвки в Грецию и Италию. Теперь охотятся за билетами в Бишкек, Астану, Ереван. И мечтают о концертах Платины, Пошлой Молли, Макса Коржа, Скриптонита и Канье Уэста.

Почти у всех перечисленных — проблемы с пересечением границ. Кириллу Бледному запрещён въезд в ЕС, но и на родную Украину он вернуться не может. Канье не пускают в приличные страны. Платину выгнали из РФ. Шоу Коржа отменяют по соображениям безопасности.

Поэзия началась с песни кочевника, говорил Бродский. И главные поэты сегодня — те, кого не принял ни ВК Фест, ни фестиваль «Иной». Они не примыкают ни к одной политической партии, ни к одной повестке. Кроме одной единственной — выжить, проскользнуть между шестеренок, остаться собой, петь свою музыку. И именно этим они так мешают цивилизованным людям, занятым войной.

И потому, чтобы попасть в мир поэзии, нужно спуститься в подбрюшье империи. И россияне отменяют турецкие олл-инклюзивы и едут на перекладных в Кишинёв.

Мы больше не андроиды, мечтающие о пылесосе Dyson. Теперь у нас другие мечты.