Наука — враг историй?

Этим летом решила устроить себе интенсив по письму на английском. Не только по академическому, но и по тому, что здесь называют English Composition, — это базовые правила стилистики-эссеистики, которые в Британии и США проходят в старшей школе или на первых курсах университета. У меня, понятно, такого опыта не было, и я закрываю пробелы, завершая замечательный онлайн-курс по этому предмету от Университета Дьюка (рекомендую, он, кстати, бесплатный и только начался).

О своих наблюдениях по поводу письма на английском я ещё расскажу, — поразительно, насколько сильно различаются в разных странах и языках даже не только фразы или грамматика, но и вся традиция построения тезиса, аргументации, структурирования текста. Пока же поделюсь затянувшей меня дискуссией, которая пару лет назад происходила в английской академии. Спор был о том, должны ли научные тексты рассказывать истории и вообще быть увлекательными в литературном плане.

Началось всё с поста Анны Клеменс в блоге Лондонской школы экономики. Клеменс — не учёная в строгом смысле слова. У неё есть PhD по химии, но после окончания аспирантуры она не пошла в академию, а стала редактировать чужие научные рукописи. Дама оказалась предприимчивая: понаблюдав, какие ошибки учёные делают в текстах, она открыла бизнес — создала школу академического письма, плюс стала частным образом коучить авторов. Дело её, судя по всему, процветает, что заметно хотя бы по тому, что сегодня Клеменс приглашают к себе такие уважаемые институции, как LSE.

Идея у неё простая: учёные должны думать о том, чтобы их статьи было интересно читать, и могут применять для этого классические приёмы сторителлинга — типа тех, которые используют в голливудских блокбастерах. В статье она рассказывает про пару таких приёмов — например, про сюжетную спираль и разработку персонажа, и объясняет, как всё это можно адаптировать к академическому тексту.

Ничего особенного, но реакцию текст вызвал бурную — в первую очередь, в твиттере (в англоязычном мире тви — это пространство академической дискуссии и обмена, как у нас когда-то был фб). Оппонентом Клеменс в блоге LSE выступил Томас Басбёлль — консультант по письму в Копенгагенской школе бизнеса. Идея Басбёлля, в общем-то, тоже понятная: научные тексты не должны развлекать, они в первую очередь должны чётко формулировать тезис и железно его обосновывать. Обоснование может быть написано прекрасно или ужасно, главное, что качество текста никогда не будет важнее аргумента. А если оно становится важнее, если хорошо рассказанная история увлекает сама по себе и уводит от разговора об аргументе, то у нас как у учёных большие проблемы.

Мне пока так и удалось разобраться, на чьей стороне я в этом споре. С одной стороны, признась: хорошо написанные тексты вызывают у меня трепет. Я высоко ценю писательское мастерство и хочу обучиться ему сама. Стиль, сторителлинг, риторические фигуры — в этой песочнице можно копаться до бесконечности, процесс затягивает. Но, конечно, это не просто интеллектуальные игры. Я вижу большой смысл в хорошо написанных текстах, ведь они позволяют нам понимать друг друга, увлекать своими замыслами. Они наполняют то, чем мы занимаемся, огнём и страстью (или, как сегодня это принято называть, мотивацией), — а я не хочу жить и работать без них.

С другой стороны, у меня сводит зубы от того, как американские авторы (именно они этим больше всего грешат) раз за разом заменяют аргументы хорошо рассказанными историями. Особенно этого много в текстах об образовании, и там реально качественно это делают: оторваться невозможно, и далеко не сразу понимаешь, что тебя водят за нос. Поковыряв эти захватывающие рассказы, часто обнаруживаешь, что аргументы тавтологичны, данные в их основе проблематичны, и вообще всё это красиво выстроенная иллюзия в большей степени, чем научная работа. Так писать я точно не хочу, не считаю этически верным.

Концовка ⬇️