Семья как дом,
или те самые скандинавы
 
Флатланд, Хельга. Современная семья: [роман]; перевод с норвежского: Александра Аширметова. Санкт-Петербург: Polyandria NoAge, 2021.
 
Сюжетная завязка. Большая семья – 70-летние супруги, трое их взрослых детей со своими семьями – отправляются в Италию отпраздновать юбилей отца и мужа; и тут взрослым детям сообщают, что родители решили развестись.
 
Место первого действия. С самого начала поездки дети замечают, что между родителями «что-то не так… непривычно, необъяснимо изменившиеся взгляды и слова», и во время напряженного разговора на гране ссоры отец произносит: «Мы решили развестись».

Отец: «Это обдуманный шаг. Мы оба ощущаем пустоту, мы взяли друг от друга и от этого брака все, что могли. Мы перестали видеть друг в друге свое будущее».
Мать: «Мы долго это обсуждали, пытались найти выход, но дело в том, что со временем мы просто отдалились».
Одна из дочерей: «Отдалились? Серьезно? Да вам же обоим уже семьдесят!»
 
Что дальше? Разводятся родители, но какими были два года после развода, мы узнаём глазами их взрослых детей. Родительский дом исчезает постепенно.
Отец, купив себе квартиру, «… не взял с собой ничего ценного. … Его стул все также стоит возле маленького столика напротив маминого стула, но рядом нет торшера, который папа получил в подарок на шестидесятилетие от меня и Олафа. Я провожу пальцем по корешкам на полках, как привыкла еще в детстве, – все книги на месте. … Дом так похож на тот, каким он был всегда, и одновременно неузнаваем, будто кто-то взял и передвинул всю мебель и стены на сантиметр в ту или другую сторону».
«У папы большая и светлая квартира. Свою гостиную он обустроил почти так же, как было дома в Тосене: в углу кресло, большой письменный стол у стены и книжные полки на противоположной стороне. Все вещи, которые он вывез, когда они с мамой продали дом, расположены в том же порядке, что и раньше».
«Точно также я не задумывался, что они продадут дом. Что они смогут это сделать. Даже после папиного переезда у меня не возникло такого предположения. Ведь это был дом моего детства, мой дом. Нигде больше я не чувствовал себя настолько дома, даже когда купил собственную квартиру и поставил в ней свою мебель и вещи. Я по-прежнему называл домом наш дом в Тосене. … Я так и не знаю, что тяжелее принять – то, что их расставание окончательно или что больше не будет дома».

Параллельно каждый из детей рассказывает историю своего дома: «До сих пор мы жили в квартире, которую он купил несколько лет назад еще со своей бывшей подружкой. И несмотря на то, что я поменяла мебель, перекрасила стены, развесила по стенам мои картины, заполнила ящики и шкафы моими чашками и одеждой, это по-прежнему ее пространство, с ее гвоздями в стене, ее шкафом-купе, ее кухонными полками. … Мы прожили в этой квартире еще целый год. «Наши дети не могут родиться здесь», – твердо заявила я полгода назад».
 
Чем всё заканчивается? Финал – открытый: никто не умирает, все живут дальше, просто заканчивается книга. «Мама с папой ведут себя, как будто ничего не произошло, как будто они собираются продолжать жить точно также, как и раньше, только по отдельности».
 
Зачем всё это? Чтобы взрослые дети наконец-то перестали зависеть от оценок и мнений других членов семейного клана, обрели индивидуальность, ту саму отдельность.