Как изменились субъективные стратификации за почти 30 лет?

При дискуссионности такой формы вопроса он позволяет унифицировать разные измерения социальной стратификации. Речь о вопросе, в котором респондентам предлагают разместить себя на какой-либо из ступеней лестниц, отражающих неравные статусы. В РМЭЗ без малого тридцать лет предлагают респондентам поставить себя на ступени «классических» стратификационных лестниц: «богатые – бедные», «бесправные – те, у кого большая власть», «кого совсем не уважают – те, кого очень уважают».

И тут открывается большой простор для дискуссии, какую динамику считать изменениями, а что считать всё-таки устойчивостью стратификации. Изменение контуров субъективной стратификации «бесправные – те, у кого большая власть» с пирамиды в 1990-ые до «лимона» в нулевые и десятые – пожалуй, самое явное изменение: в 1994-1998 на низшую ступень по обладаемым правам ставили себя 29-30% респондентов 15+, в 2022 – 5,3%. В 2022 63% помещали себя на три модальные ступени (3-5, по 19-22%).

Экономическая стратификация по сравнению с 1990-ми, естественно, подтянулась вверх: если тогда модальной ступенью была третья, на которую ставили себя 23-24% респондентов, а еще 28-35% – на две низших, то с начала 2000-х модальными стали 3-5 ступени (по 23-25% респондентов), к 2022 преобладание помещающих себя на четвёртую ступень стало более явным (25,8%). Но при этом контуры субъективной экономической стратификации в 2022 практически совпадают с той, что получалась в 2010; в целом, на мой взгляд, экономическая стратификация оказывается наиболее устойчивой за последние двадцать лет из трёх рассматриваемых.