⚜️#𝐫𝐨𝐥𝐞𝐯𝐞
🤩асколько глубока любовь и есть ли она вообще? Может быть это всё... Иллюзия человеческой памяти, играющая с людьми в злую шутку?
🤩🤩🤩🤩🌿⚜️🌿🤩🤩🤩🤩
Комната была мрачной, потому что так хотел он. Он отказывался присутствовать на этом "мероприятии", если условия не соблюдены. Во мраке он чувствовал себя комфортно, потому что чувствовал связь.
— И так... Мистер Реддл,, в прошлый раз мы остановились на том, что... — мужчина откинулся на спинку стула, рассматривая девушку перед собой, настолько внимательно, что ей кажется становилось не по себе. Он слышал, как её дыхание сбивается, но она держалась. Говорила чётко, с лёгкой улыбкой на лице, стараясь не обращать внимания на странности пациента. Ведь именно так учили этих докторов. Но Том тоже умел быть настойчивым, и практики у него в этом гораздо больше.
Джиневра Уизли, кажется была младше лет на 15. Хотя возможно только выглядела так. Тут не говорят о возрасте, считают это нарушением субординации и правил данного заведения. Но для того, чтобы относиться с пренебрежением к своему врачу, Реддлу не было нужно сильного повода. Он знал, что гораздо опытнее в психологии и прочих вещах. Но доктору Джинни это не мешало, она разговаривала чаще сама, не требовала отвечать часто, требовала лишь честности. Она не была "душной", но слишком правильной. О нет, Том был готов поставить всё на кон, считая, что она такая лишь в кабинете. Что в общем-то является правдой, но никогда не будет обсуждаться. Уж явно не с ним. Мужчина усмехнулся, а девушка резко перестала говорить, приподняв бровь.
— Что-то не так, мистер Реддл? — кажется она собиралась что-то записать в своём блокноте.
— Подумал о том, что мы говорим лишь обо мне.
Джинни нахмурилась и попыталась возразить, в духе того, что вообще-то она его врач, и так и должно быть.
— Нет-нет, конечно вы правы, Джиневра...
— Доктор Уизли, мистер Реддл.
— Конечно, но и я не "мистер Реддл", хотя вы продолжаете на этом настаивать, не так ли?
— Это ваше имя, — с нажимом повторила девушка, уже который раз за их сессии.
— Моё имя Волдеморт, милая. Я думал в прошлый раз мы обо всём договорились... Но если моё мнение не учитывается, то я не стану учитывать и ваше, Джиневра.
Джинни резко выдохнула, слишком громко. Она сразу поняла свою ошибку. Том тоже понял, и они оба это знали. Она потеряла самообладание. Реддл ухмыльнулся.
— Вы кажется спросили, о чём я думаю в последнее время, вне наших чудных встреч и на них, — он положил руки, скованные наручниками, на стол перед собой, холодная сталь неприятно звякнула, заставив обоих поморщиться.
— Да, хотите ответить?
— Я думаю о том, как прекрасно было бы, будь ты со мной, сколькому бы я мог тебя обучить. Я уверен, ты быстро учишься, но мы не говорим о тебе, не так ли? Я не могу этого знать... Но я бы желал испытать этот опыт.
— Как жаль, что это невозможно, — чопорно, ещё бы, он почти поверил в её спокойствие, если бы не короткий, тихий выдох перед фразой. Она смотрела на него, а Том на скованные руки. Жизнь в психушке при тюрьме ощущалась так. Ха-ха, кто бы мог подумать?
— Не бывает ничего невозможного, когда-нибудь ты это поймёшь.
Он опустил руки под стол, возобновляя зрительный контакт. Они молчали всматриваясь в эмоции друг друга, оба изучали. Но их отличие было в том, что сейчас именно Том был подопытной крысой в руках Магической Британии.
Он освободил руки. Чёрт знает как, Джинни не поняла этого, она была слишком занята тем, чтобы смотреть ему в глаза, такие чёрные, будто в них залили мазут. О, да какая разница?
Что произошло знал лишь Волдеморт. Когда Том встал со стула, начиная ходить по кабинету, разглядывая психиатрические инструменты —да, они прекрасно скрывали пытки за призмой помощи падшим — Уизли увидела его свободные руки. Она потянулась к тревожной кнопке.
— Не нужно, я не причиню тебе никакого вреда, милая, — он даже не обернулся. У девушки спёрло дыхание. — Ты ведь хочешь мне помочь, не так ли, Джиневра?
— Да, мистер Реддл...
— Ну-ну, мы же договорились, Джинни, зови меня Волдеморт.