Я посмотрела "Три тысячи лет желаний" практически два раза подряд, и хочу ещё.

Конечно, от "Джинна в бутылке из стекла "Соловьиный глаз" Байетт повествование ушло, но в нужную сторону (и режиссёру ставим твёрдую пятёрку, он, того, вполне реабилитировался после "Безумного Макса. Дороги ярости", где Том Харди и Шарлиз Терон друг на друга смотрели-смотрели, но так ничего и не высмотрели. Тут учёная дама и джинн, - ладно, ладно, Тильда Суинтон и Идрис Эльба, - у нас на глазах решают обмануть судьбу невозможным желанием любви и близости, и это выглядит по-настоящему прекрасно).

Да, я полезла перечитывать; кто бы не полез. Но, похоже, это тот случай, когда история в книге и в фильме может рассказываться по-разному, - и остаться той же самой историей (в противовес, например, той первой экранизации "Азазеля", к которой сам же Акунин написал сценарий, и сценарий был точь-в-точь этот увлекательнейший роман, а вот экранизация при этом вышла совершенно несмотрибельная).

Деятельная крепенькая Джиллиан из книги с двумя взрослыми детьми и изящными новеллами о Шахрияре, Гризельде и Артемиде Эфесской в фильме становится худощавой Алетейей, у которой никого-никого нет, но которая сама вся - рассказ и поэма, даже если просто молча сидит в поезде метро, а мы на неё смотрим.

Джинн из Идриса Эльбы божественный, и ничего так не хочется, как смотреть снова и снова, как он протягивает Алетейе поднос с чаем и фисташковыми конфетами.

... Музыкальная тема этой невозможной любви живёт со мной уже неделю, и песня спрашивает, почему так получается? хотим ли мы слишком многого, отдаём ли слишком много, да и есть ли у нас выбор? и откуда мы знаем, что это любовь, а не последний отчаянный прыжок перед падением?

Байетт, конечно, поймала идеальную метафору того, что любовь конечна - пусть её героиня любит бессмертное огненное существо, для которого время идёт иначе, но история совершенно точно рассказывает про нас всех, про каждую любовь.
#НемножкоКино