И номер три.

... Мы не дыша смотрим, как после Шекспира Шерешевский пошел по Чехову. В МТЮЗе идёт постановка по "Дяде Ване" под названием "Дядя", а в питерском театре Малыщицкого - "Три" (сестры, хотя в этой постановке - нет, не сестры) и (Вишневый) "Сад".

* Говорят, что ждём "Чай" по "Чайке"; если так, действительно очень ждём.

На спектакль про не-сестер я не дошла, а вот "Сад" посмотрела ("Дядю", само собой, тоже, но в Москве -то легко)

Ну я вам скажу.

С одной стороны, как и во всей этой чеховской серии Шерешевского, действие происходит в наши дни, с другой - оно приобрело выпуклые черты древнегреческой трагедии. Лопахин ещё до начала действия покупает неземной красоты гектары на берегу Финского залива, где сейчас - лагерь для одаренных детей (и сам он, конечно, в нем когда-то рос), а теперь тут, ясен пень, будет великолепный отель. И сейчас ему надо приехать в лагерь, и там, среди сосен, его приезда ждут директор лагеря Раневская (его обожаемая учительница музыки) и управляющая Варя (первая его любовь).

... И не так чтобы он однозначно плохой человек, или просто человек без эмпатии. И есть даже то самое чувство древнегреческих трагедий, что он не столько сам пришел с топором, а что его тащит рок. И кончается все, как и положено трагедии - смертью, а что не человеческой, а смертью лагеря, это даже логичнее.

... Но завернуто это все в такую нежнейшую обёртку, с экраном-задником с морем, этими самыми соснами и домиками, и с длиииинным хождением по грибы, и с вишнёвым компотом в столовой, и главное - с этими разговорами, в которых можно в двух репликах подряд заявить собеседнику, что он говно, и констатировать, что любить его по-прежнему тебе это не мешает.

Если у вас есть потерянное и оплаканное место силы - думаю, вас по башке треснет. И если продолжали любить друзей, оказавшихся говном. И если покупали что-то у разорившихся друзей - тоже; хотя, мне кажется, в нашей жизни это скорей ситуация, когда ты себе позволяешь то, что можешь, пусть даже не очень хочешь, а друг, который хочет до смерти, но не может себе этого позволить, рядом бьётся в истерике.

Но может, вы это все уже прожили, переболели и отрефлексировали, как обожаемый, неутомимый, невероятно гуттаперчевый Шерешевский - часть той силы, которая иногда хочет сделать нам больно, а все равно делает счастливыми.
#НемножкоТеатр