Читать я, конечно, тоже читала, и дочитала "Доску Дионисия" Алексея Смирнова фон Рауха.

* скажите честно, есть среди нас тот или та, у кого не было бы хоть одного знакомого Алексея Смирнова? Нету? Так я и думала.

В аннотациях написано, что это детектив про страшный черный рынок охотников за иконами, пролежавший в столе с времени написания, с 1976 года, и не утративший актуальности. Ага-ага.

После романа я прочитала хренову прорву рецензий, где все упорно сбиваются на личность Алексея Смирнова фон Рауха, и не очень концентрируются на самой книге.

* вот не этому нас учили на филфаке, не этому. У нас была ооочень вредная преподавательница, с которой один из моих одногруппников попытался устроить дискуссию про авторство "Тихого Дона". Она высокомерно подняла бровь и поинтересовалась, не будет ли он столь любезен (если, конечно, его интересует зачёт) анализировать прочитанный им текст, а всякими домыслами заниматься в свободное время. Слава богу, нам так не надо, но совсем не говорить про книгу обидно.

Итак, давайте оставим пока автора за скобками, и тогда мы получим, во-первых, роман, который будет стилистически перекликаться с текстами, написанными в это время: немножко Вайнеры, немножко исторические романы Яна (и ненароком все детали комиссионки на Октябрьской, велюровых диванов и магнитофонов вернулись яснее некуда).

Во-вторых, перед нами книга такого мощного отвращения к существующему в этом мире порядку вещей, что даже Рошак со своими не желающими размножаться катарами и Сорокин со своими ангелами с кусками льда в сердце, которым лишь бы всем найтись, и наконец можно уничтожать этот насквозь неправильный, ошибочный мир, - так вот, им обоим стоило бы нервно подвинуться.

Отвратительны пародийные и не пародийные барыги. Расстрига-убийца монах Ермолай. Насквозь про деньги, а не про душу отец Лаврентий и ненавидящие друг друга партии прихожан. Выродившиеся аристократы Шиманские и их далёкий предок Шимоня, при котором был написан образ, вокруг которого всё вертится. Положительные герои тоже ни фига не положительные, они ни автору, ни нам не нравятся. Ошибка на ошибке тут всё, с самого шестнадцатого века.

Здесь как раз и подумаем об авторе: как так, что вот у Даррелла про пауков и уховерток - и это будет про красоту, радость и богатство жизни, а тут про прекрасные архитектурной точностью и красками шёлкового ковра иконы - и выходит про то, как эта жизнь безнадёжна, непроглядна и бессчастна.

Одна, одна мысль терзает меня (с) - зачем я это читала(( а книга-то хорошая((