Интересно, что для тех, кто делает всё вовремя, "Йеллоуфейс" случился после "Сочувствующего", - но я-то опоздала и всё перепутала, а потому не могу читать поток откровенностей двойного агента вьетконговцев/ американцев коменданту лагеря без того, чтобы то слышать интонации заключенного из "Пятой головы Цербера" в его исповедальных дневниках, то думать категориями "Йеллоуфейса", представляя автором не вьетнамца, а его рыжего американского друга с ирландскими корнями...

Да, я совершенно серьёзно полагаю, что книги разговаривают в нас и через нас, и это офигенно.