Post #2421
20.2K
Костылева, меж тем, умерщвляют.
Да, я бы именно такой термин использовал.
Не иначе.
"Убивают", это когда в хату заводят гадов, с заточками, дубинками и шнурками.
"Уничтожают" - слишком широкое понятие, включающее в себя и стирание человека из жизни, не связанное с ее лишением.
Здесь же именно - умерщвляют, без резких движений, шума, пыли и с соблюдением всех процессуальных норм.
"Здесь распишитесь", "тут ознакомьтесь", "ну, вы ж понимаете...", "ну, вот, согласно действующему законодательству..."
Убивают руками гадов, спортивных, холодноглазых, мерзких на вид.
Умерщвляют руками ухоженных, вкусно пахнущих тётенек и воздушных, кукольных, девочек.
Они все делают по закону и звонку сверху, и совесть их абсолютно чиста.
Буква закона позволяет, а телефон требует.
Буква закона заменяет совесть, а телефон перекладывает ответственность.
Здесь число, тут подпись, беглая сверка с положениями УПК, оглашение и домой, к собаке, мужу, детям, сериальчику и болтовне с подругой.
"Миш, а что, сегодня, может, курочку пожарим?"
Милая, вкусная, ухоженная тётенька уже и забыла, чьи судьбы она там вершила в течении дня.
Буква закона и телефон - дают ей право расслабиться.
Она пожарит курочку, посмотрит сериал, вечером наберет Ленку (не, ну я ей и говорю: зачем тебе эти абьюзивные отношения...), ночью потрахается, утром покакает, примет душ, попьет кофе и поедет на работу.
Когда Костылев умрёт, она где надо поставит дату, где надо поставит подпись и сдаст его дело в архив.
Только-то и всего.
Умерщвления, в отличии от убиения - процесс глубоко рутинный, скучный и пошлый в своей тривиальности.
Да, я бы именно такой термин использовал.
Не иначе.
"Убивают", это когда в хату заводят гадов, с заточками, дубинками и шнурками.
"Уничтожают" - слишком широкое понятие, включающее в себя и стирание человека из жизни, не связанное с ее лишением.
Здесь же именно - умерщвляют, без резких движений, шума, пыли и с соблюдением всех процессуальных норм.
"Здесь распишитесь", "тут ознакомьтесь", "ну, вы ж понимаете...", "ну, вот, согласно действующему законодательству..."
Убивают руками гадов, спортивных, холодноглазых, мерзких на вид.
Умерщвляют руками ухоженных, вкусно пахнущих тётенек и воздушных, кукольных, девочек.
Они все делают по закону и звонку сверху, и совесть их абсолютно чиста.
Буква закона позволяет, а телефон требует.
Буква закона заменяет совесть, а телефон перекладывает ответственность.
Здесь число, тут подпись, беглая сверка с положениями УПК, оглашение и домой, к собаке, мужу, детям, сериальчику и болтовне с подругой.
"Миш, а что, сегодня, может, курочку пожарим?"
Милая, вкусная, ухоженная тётенька уже и забыла, чьи судьбы она там вершила в течении дня.
Буква закона и телефон - дают ей право расслабиться.
Она пожарит курочку, посмотрит сериал, вечером наберет Ленку (не, ну я ей и говорю: зачем тебе эти абьюзивные отношения...), ночью потрахается, утром покакает, примет душ, попьет кофе и поедет на работу.
Когда Костылев умрёт, она где надо поставит дату, где надо поставит подпись и сдаст его дело в архив.
Только-то и всего.
Умерщвления, в отличии от убиения - процесс глубоко рутинный, скучный и пошлый в своей тривиальности.
- 👍 100
- 🤔 42
- 🙏 26
- 🔥 22
- ❤ 13

