Запись 18.0.

Возвращаюсь к теме, которую откладывал по причине более насущных оперативных задач. Речь пойдёт о клоне, который в период активной фазы экспериментов получил прозвище «Хельсинг». Номер 29, один из первых выживших и единственный, чьё поведение до сих пор не получило удовлетворительного объяснения.

Восстанавливаю хронологию: Финальная стадия испытаний проходила на открытой площадке. В контрольный момент на территорию проникла группа революционеров, с намерениями прервать эксперимент. Ситуация требовала немедленной изоляции и нейтрализации угрозы, однако я избрал иную тактику. Менее очевидную, но более эффективную с точки зрения контроля над экспериментом. Я сообщил ему, что вторгшиеся являются допельгенгерами, двойниками преследователями, избавиться от которых возможно единственным способом, прекратив собственное существование. Свежее сознание, не имевшее интструментов для проверки полученной информации, легко восприняло мои слова за действительность. Сразу после того, как №29 выстрелил в себя, один из клонов открыл огонь по дрону. Передача сигнала оборвалась, и я временно потерял своё зрение. Когда в воздух поднялся дрон, ни революционеров, ни тела не осталось. Кровь, и другие массы на асфальте присутствовали, но в объёме, несоразмерном характеру повреждений. Это уже тогда вызвало вопросы, на которые я не имел ответов.

Спустя несколько недель по косвенным данным наблюдения за беглецами было установлено, что №29 жив. Более того — в последствии он был интегрирован в группу мятежников, что говорит о сохранности не только всех физических, но и когнитивных функций.

Рана, которую он себе нанёс, по всем анатомическим параметрам была несовместима с жизнью. Тем не менее, он выжил. Вопрос в том, что именно позволило ему восстановиться? Аномалия? Нечто, что я упустил во время эксперимента? Или другие, скрытые резервы революцинеров? Пока у меня нет ответа, но этот феномен явно заслуживает изучения. Если существует механизм, позволяющий организму восстанавливаться после повреждений такого масштаба, его необходимо изолировать, описать и, при необходимости, воспроизвести.