"Bugonia", 2025

Новый фильм Йоргоса Лантимоса и уже третья его работа за последние два года, демонстрирует заметный сдвиг в сторону более зрительского кино по сравнению с "Видами доброты", столь взбаламутившими аудиторию. Картина не является оригинальной историей: это ремейк южнокорейского фильма "Спасти зелёную планету". Сюжет обоих произведений во многом совпадает: группа одержимых фанатиков похищает руководителя крупной корпорации, подозревая её в инопланетном происхождении. Однако ключевое в "Бугонии" не только сюжетная канва, но и актёрские работы, которые порой полностью заполняют кинематографическое пространство, вытесняя собой всё остальное.

Во многих аспектах Лантимос здесь уступает самому себе, прежде всего в степени абсурдистского накала и смелости художественных решений. В фильме узнаются отголоски как "Видов доброты", так и "Бедных-несчастных", однако ощущается и некая сдержанность. Возможно, дело в недавних признаниях режиссёра об усталости от интенсивного рабочего графика, а возможно, первоисточник в меньшей степени располагает к тем причудливым новациям, которые стали фирменным стилем Лантимоса. Тем не менее для зрительского опыта это не становится недостатком.

На первых порах фильм активно колбасит, и визуальная составляющая выходит на передний план. Камера на протяжении почти всего хронометража остаётся статичной, фиксируя камерное пространство и высвечивая роли героев. Крупные планы тревожных лиц, передающих одновременно безумие и непонимание происходящего, создают ощущение клаустрофобии. Привлекают внимание длинные рифмующиеся пролёты автомобиля с Эммой Стоун за рулём, а также ритмичный велозаезд Племонса, они словно склеивают структуру фильма и в то же время являются маркерами для зрителя, ориентирами в его пути по хронометражу.

Однако начиная со сцены за столом, нарратив постепенно выстраивается, и зритель начинает формировать целостную картину происходящего. "Бугония" допускает разные интерпретации, но наиболее явная это сатира на современное общество. Показательно, что Ари Астер, выпустивший в этом году собственную сатиру, значится среди продюсеров картины. Возможно, именно его участие повлияло на решение обратиться к Лантимосу как к режиссёру ремейка и Йоргос действительно выглядит органичным выбором, особенно ближе к финалу, когда фильм набирает обороты и градус абсурда достигает инопланетных масштабов. Здесь явно ощущается желание Лантимоса поставить зрителя в тупик, и делает он это за счет персонажа Дона.

Дон - непримечательный невротичный пухляш, что вьючным хвостом наивно следует за своим кузеном. Он комично готовится вместе с ним, помогает в похищении и слепо следует всем указанием старшего члена семьи. Когда начинается сцена за столом, Дон становится с этого момента промежуточным звеном между персонажами Стоун и Племонса. Он берет в руки ружье и превращается в олицетворение безынициативной толпы, что никак не может принять решение на чью сторону встать, а зритель становится на место Дона, наблюдает за конфликтом двух сторон и метается в муках выбора, блаженно конвульсируя ручонками. Но у всех таких историй всегда один конец.

"Бугония" фильм, который сумел избежать посредственности. Обладая простым зрительским посылом и узнаваемым визуальным стилем, он становится удачным выбором как для домашнего просмотра, так и для большого экрана. А его финал оставит зрителя либо в недоумении, либо в восторге, но в любом случае не равнодушным. Лантимос предлагает не очередной эксперимент, а пространство для размышления том, кто мы есть, о границах человечности, страхе перед нашим будущим, обрамлённое в форму, которая одновременно обезоруживает и притягивает.