"Delicate Arch", 2024

Фильм "Delicate Arch" переносит зрителя в пространство пустыни, лишающей разума и одновременно наделяющей воображение образами первобытных страхов. Это метаироничный проект, в котором каждый персонаж становится своеобразной насмешкой не только над зрителем, но и над жанром хоррора в целом.

Сюжет строится вокруг группы из четырех студентов, отправившихся в поход к таинственной арке. Для каждого путешествие имеет собственную мотивацию: кто-то стремится снять любительский фильм, кто-то пытается восстановить межличностные отношения, а кто-то ищет лишь развлечения.

Картина представляет собой режиссёрский дебют, где автор берёт на себя практически все функции, за исключением появления в кадре. В фильме заметно присутствие личного опыта и эмоционального напряжения автора: это не следствие травмы, а скорее выражение искренней любви к кинематографу и стремление его развивать. Помимо этого в фильме явным образом чувствуется и критикующая позиция автора, которая прослеживается в частности в комичных и сатиристичных сценах. Такая радикальная авторская позиция закономерно вызвала противоречивые оценки, а выбранная форма нередко сталкивается с привычной реакцией аудитории, склонной интерпретировать авторскую иронию как проявление негативного пафоса. Основной месседж фильма при этом достаточно прозрачен и способен найти отклик у зрителей, способных уловить иронию.

Особое внимание здесь заслуживает работа с жанровыми клише. Они подвергаются прямой деконструкции: персонажи у костра обсуждают избитые сюжетные приёмы хоррора; отсутствие традиционного трипситтера не превращается в новый источник драматизма, а скорее смешно обыгрывается; а использование пугающих образов и скримеров приобретает характер сатирической критики. Всё это формирует метахоррор, который, несмотря на скромные ресурсы, демонстрирует достойный уровень рефлексии над жанром.

Интересным выглядит решение со сменой форматов изображения: фильм использует целых три. Основная часть снята в high-definition в формате 2.35:1. VHS-камера с соотношением 4:3, а также вертикальный 9:16, снятый на смартфон, работают как дополнительные художественные приёмы. Каждый формат погружает в определённую тему: эпизоды с VHS отражают размышления о природе вуайеризма, а фрагменты с iPhone появляются редко, но они яркие, перегруженные эффектами и ИИ. Это очевидная критика современных тенденций и клипового мышления аудитории, жаждущей фастфуд-зрелища.

Большая часть фильма происходит непосредственно в широкоформатной части, в ней зритель оказывается вовлечён в существование персонажей, что является одним из основных эффектов, которых этот проект добивался. Экранное пространство играет роль антагониста вместе со смотрящим, оно давит, ограничивает и буквально использует героев против их воли. Одновременно зритель становится всевластным оком, способным контролировать желания и границы персонажей и при этом заложником создаваемой реальности, в которую его настойчиво вовлекает режиссёр.

Эта реальность оказывается подвижной и изменчивой. Мир вокруг персонажей исходя из изначального синопсиса отсылает к параноидальной идее о границе между повседневностью и апокалиптической катастрофой. В итоге зритель то погружается в психоделическое переживание, то оказывается в безмерной пустыне, одиноко наблюдая за облаками, то вынужденно подсматривает за персонажами сквозь видоискатель старой камеры.

Этот неоднозначный и при этом смелый дебют точно вызовет гамму эмоций, а каких именно все зависит от мировоззрения смотрящего. Найдутся те, кто найдет в нем что-то прекрасное или новое, но и те, кто, подобно одному из героев, в итоге захотят выколоть себе глаза, тоже не останутся обманутыми. Этот эпизод, кстати, с одной стороны выглядит как очередная насмешка, но по сути это радикальная метафора оказывающаяся закономерным завершением повествования. Основной плюс фильма скорее даже не в том, что он из себя представляет, а какие эмоции может вызывать вокруг себя. Для дебютного проекта подобный эффект можно считать несомненным достижением.