“The Drama”, 2026

На выходных дважды выбрался в кинотеатры, чтобы застать там премьеры двух ожидаемых мною фильмов. Первым из них был новый фильм Боргли “Drama”, а вторым документальная работа Германики “Емельяненко”. Оба фильма, на мой взгляд, кажутся весьма некомфортными для зрителя, который чего-то ждет от просмотра, неважно хорошего, смешного или прямолинейного.

И если про “Емельяненко” все, что я могу сказать, это “бегите срочно в кино и смотрите эту гениальную документалку”, то вот про “Драму” хочется сказать немного больше в виду сформировавшегося после выхода фильма инфополя.

Ждать “Драму” я ждал, но скорее из интереса к творчеству режиссера Кристоффер Боргли. Его предыдущие два фильма, “Тошнит от себя” и “Герой наших снов”, привлекли внимание на этапе идеи и развили интерес к себе уже при просмотре, потому что меня зачастую привлекают истории, в которых авторы, пусть и не без основательной базы в виде жанровой или классической принадлежности, рассказывают современному зрителю о проблемах современного зрителя. И Боргли один из тех режиссеров, кто умело сочетает кинематографический опыт и убойную дозу сатиры, которую довольно просто рассмотреть на поверхности, если смотреть дальше собственных ожиданий.

“Драма” вышла точно такой же. Немного сумбурной, как и предсвадебная суета, немного модной, как глянцевый журнал, и совершенно некомфортной для зрителя, привыкшего к прямолинейному раскрытию и завершению сюжета. В очередной раз интегрируя в классический сюжет, (на этот раз Боргли не стал запариваться и сразу же вывесил постер en passion) социальный подтекст, он превозносит феномен общественного осуждения в такой абсолют, которого, как кажется, не удавалось достичь в предыдущих фильмах. Во многом это достигается снижением градуса абсурдности, который превалировал в ранних работах, и переходом к более реалистичному, пусть и сдобренному экспрессивным монтажом, повествованию.

При этом эта реалистичность не предлагает зрителю планомерного развития сюжета с логичными тропами. Вместо этого Боргли язвительно издевается не только над обществом, (роль которого здесь берет на себя прекрасная Алана Хайм), но и над зрителем, волей или неволей заставляя делать выбор в осуждении или поддержке тех или иных героев, не давая при этом однозначных ответов и подсказок к правильному выбору.

Отсюда и двоякие эмоции, их сложность и неопределенность. Но выиграют те, кто сможет найти для себя наслаждение в этом дискомфорте и хаосе, в отрицании привычных жанровых канонов, продиктованных обманчивой промокампанией, и кто в нужный момент сможет переключиться на иной тон повествования и иной нарратив.

Для других же просмотр скорее станет разочарованием, а третьи и вовсе будут злы на режиссера, не найдя оправдания своим отражениям в неоднозначных персонажах. С другой стороны, именно дуэт главных героев, нетривиальный визуальный ряд и вновь выходящие на первый план абьюзивные отношения общества и индивида, в которых Боргли прибегает к своеобразному научно-художественному познанию в виде наблюдения со стороны, дают фильму возможность претендовать на звание глянцево-притупленной остросоциальной сатиры года. От того и радостно, что в кой-то веки кино может вызывать споры и неоднозначные отзывы, а не убаюкивать скукой, идя на поводу зрителя.