“I Swear”, 2025

Про этот фильм я слышал много хорошего, про его важность, значимость и эмоции, которые он щедро раздает зрителю. Но если на секунду отложить восторги и посмотреть на картину трезво, становится очевидно, что сценарно, и эмоционально перед нами самый обыкновенный, стерильно выверенный байопик без единого шага в сторону.

Наш герой, Джон, сталкивается с трудностями, с которыми в его возрасте сталкиваются единицы. Неизученная и неподтвержденная болезнь раздражает всех вокруг сильнее, как и его собственные вспышки агрессии. Он орет, матерится, раздает лещи направо (не налево) и, как водится, получает в ответ. Иногда по лицу, иногда повесткой в суд.

По всем законам жанра слом обязан случиться и он, разумеется, случается. Герой меняется, принимает себя и побеждает дракона. Байопики вообще редко интересуются нестандартными маршрутами, но “Я ругаюсь” даже не делает вид, что собирается с них свернуть. Фильм прямолинейно и без всякой изобретательности сообщает зрителю очевидное, что быть услышанным важно, быть не таким как все нормально и ни в коем случае не стоит терять надежду. Спасибо, мы записали, в какой раз… в сотый?

Проблема в том, что это не откровения, а набор прописных истин, поданных максимально поверхностно. Главная драма героя понятна с первой минуты, а для тех, кто живет и интересуется миром вокруг будет понятно и завершение истории. Что остается показать? Вероятно путь героя, способный убедить не только тех, кто отрицал его заболевание, но и зрителей, что смотрят экранизацию его опыта через года. И ровно в этом заключается главная беда фильма. Я не верю в путь, который он проходит. Резкая смена характера, столь же резкое решение проблемы, истерично выкрученные эмоциональные сцены, рассчитанные на механическое выдавливание слезы. Работает ли это? Иногда да. Верится ли в это? Нет. Для меня до сих пор остается загадкой, что мешает людям имитировать болезнь (спасибо Южному Парку и Картману за то, что куда нагляднее рассказали и простебали эту проблему).

“Я ругаюсь” превращается в удобное, зрительское, абсолютно безопасное кино. Стерильное, как больничная палата, в которой герой явно не раз оказывается волей своей особенности, и столь же безжизненное. И тут возникает вопрос: действительно ли каждая реальная история заслуживает того, чтобы её превратили в очередной шаблонный фильм, тонущий в клише? Обидно, что живой человеческий опыт втиснули в универсальную формулу, ничем не отличающуюся от десятка других картин про борьбу и стремление к жизни.