🦑Как жизнь в эмиграции меняет отношение к чувству безопасности

Я задумалась о понятии “безопасность” только оказавшись в ОАЭ. Сложно было не задуматься, когда это эмиратская прима-балерина, и всюду тебе твердят, что ты должен быть, как минимум, благодарен, а вообще горд жить в такой безопасной стране. В Петербурге для меня было аксиомой, что карманы надо проверять, сумку всегда закрывать, не щёлкать клювом вообще никогда, а квартиру запирать на 4 замка. И я никогда не билась в конвульсиях типа блин, мне небезопасно, а я просто делала на своём уровне всё так, что минимизировать опасность, которая была разновидностью нормы.

Так… Теперь можно больше не запирать квартиру, уходя за продуктами. Что мне с этого? Могла бы и закрыть… Делая акцент на безопасности физической, мы забываем, что для экспата это замена ног на щупальца — вроде прикольно, что их много, и они с присосками, а как на них ползти по дну, непонятно. И вообще-то хотелось бы на своих двоих.

Ок, я начала осваивать щупальца, и нашлось много летних открытых сумок-корзин: можно не снимать обзоры “что в сумочке”, всё понятно и так. Планируя поездку в Питер, я например, их предусмотрительно выложила. В ОАЭ приятно знать, что даже из такой сумки у тебя никто ничего не сопрёт. Но зато первые год-два каждый выход из дома в магазин был выходом из зоны комфорта, стресс от которого не спасут даже фэшн-амбиции. Когда ты стоишь и “30 минут выбираешь сраный творожок” (метафора боли адаптации от моей подружки). Или ты спрашиваешь у продавца, где лежит творожок, а он не знает, что это вообще за продукт. Или ты 2 часа пытаешься объяснить сантехнику, что у тебя разорвало трубу бойлера, и квартиру заливает. Но ни ты, ни он не знаете, как по-английски сказать “бойлер”, “труба” и “пиздец”.

Совершенно голым ощущаешь себя, когда не ориентируешься на местности. Почему русские скучковались в Дубай Марине? Вместе не так страшно разбираться, как устроен этот город. Обычно спустя год экспаты выбирают район поприятнее. В начале многоэтажки в пустыне вызывают желание выть и паническую атаку. И даже никакие деревья вокруг не спасут от FOMO и желания быть в понятной среде "своих". Поездки на такси, несмотря на то, что ты чешешь взглядом иконку машины на экране телефона и видишь, куда она ползёт, вызывают ужас. У водителя, который переехал неделю назад, тоже. В итоге вы орёте друг на друга, но всё ещё никто не знает, как по-английски сказать “пиздец”.

Моё любимое — безопасность профессиональная. Почти все мои русскоязычные знакомые рассказывали, что, начав работать в международной компании в Эмиратах, они лежали, дёргая глазом, каждые выходные в ожидании получить по голове за то, что посмели отдыхать. Потом шли к психологам прорабатывать “я ценный, я молодец, я не равно работа”. Когда в первый раз на встрече в такой среде они, зажмурив дёргающиеся глаза, высказывали своё мнение и получали поддержку коллег, а не хихиканья в углу — это был момент духовного прозрения. Ты когда в первый раз попадаешь в такую среду, ты свои щупальца-корни хочешь туда пустить и прорасти умнейшим профессиональным цветком, но сидишь, уставившись в бесконечное. Как ни странно, к такому ещё нужно привыкнуть.

Есть ещё безопасность политическая: слышала о том, что люди не хотят переезжать в Эмираты, и никакими “гулять допоздна без изнасилований” их было не заманить, потому что в ОАЭ самодержавие, и это красный флаг. И даже самые добрые дела шейхов не способны проработать травмы, которые люди всюду берут с собой.