Российские поставки способны частично ослабить этот эффект. При этом Москва остается важным партнером Ирана, а Путин продолжает предлагать дипломатическое содействие в урегулировании ближневосточного кризиса. Поэтому в Тегеране могут воспринимать договоренность неоднозначно: как решение, которое помогает американской экономике, но одновременно сохраняет для России возможность выступать посредником между сторонами.

В более широком смысле договоренность показывает интересную перемену в международной политике. Экономические интересы начинают заставлять государства корректировать даже те решения, которые еще недавно представлялись принципиальными и долгосрочными. Для Трампа это попытка снизить цены перед выборами, для Путина возможность расширить экономическое сотрудничество с США. Но говорить о большом дипломатическом развороте пока рано. Важно посмотреть, будут ли выполнены заявленные объемы поставок и последуют ли за временной лицензией новые решения. Если это произойдет, энергетическая сделка может стать началом более содержательного российско-американского диалога.